Допеть до победы! Роль песни в советском обществе во время Второй мировой войны

По мере того как приближалась победа, расширялся и круг допустимых тем. Помимо патриотических произведений, авторы стали чаще создавать лирические и жизнерадостные песни, а комиссии стали их охотнее утверждать. Сдвиг в установках произошел приблизительно в середине войны, хотя, как показано выше, шутливые мотивы появляются уже в январе 1942 года. Одно из объяснений того, почему в конце войны преобладают лирические песни, которые отражают опыт пережитого, выражают надежду на возвращение домой и предвосхищают радостное свидание с родными, заключается в том, что политическая и патриотическая тематика была в этот период передоверена другим музыкальным формам. С течением времени власть стала уделять больше внимания кантатам для хора и оркестра, операм, симфониям и другим крупным жанрам. Именно в них разрабатывались такие темы, как Сталин, родина и победа. Песня утратила былое значение главного оружия антигитлеровской и патриотической пропаганды. Полностью роль песни не отрицалась, но фокус государственного внимания переключился на другие жанры, и композиторы, которые предпочитали творить в больших формах, вернулись в свою стихию. После войны лучше всего сохранили всеобщую любовь и популярность мелодичные лирические песни. Многие жизнерадостно-оптимистичные песни, написанные в конце войны по случаю победы, либо оказались слишком привязаны к конкретному моменту, либо перестали соответствовать политической повестке дня. Так, например, вскоре после войны был наложен запрет на упоминание союзников. Аналогичным образом запрету подверглось упоминание о генералах, которые после войны утратили благосклонность Сталина. В результате того, что в конце 1940-х годов изменилось официальное отношение к джазу и легким композициям в джазовом стиле, из репертуара исполнителей исчезли многие по-настоящему популярные песни. Наконец, после смерти Сталина и секретной речи Хрущева, разоблачавшей культ личности, все песни, в которых говорилось о Сталине и его руководящей роли (как в песне «Наш тост», например), подверглись переделке или полному запрету. Большие хоровые коллективы, такие как Краснознаменный ансамбль песни и пляски Красной армии, Ансамбль песни и пляски НКВД, ансамбли различных флотов, государственные хоры, сохранили в своем репертуаре часть патриотических песен-гимнов и песен, посвященных военным победам. (Я не видела достаточного количества репертуарных списков, партитур и других документов, чтобы делать окончательные выводы, но полагаю, что большинство подобных песен восходит к первому послевоенному периоду.) Однако наибольшую известность как среди песен конца войны, так и среди песен ее начала заслужили лирические повествования о чувствах – будь то любовь к родине, тоска по любимым, печаль из-за пережитых на фронте трагедий, боевая дружба или надежда на светлое будущее.

Подобно тому как довоенные песни 1930-х годов переделывались и в этом виде обретали новую жизнь во время войны, так и написанные во время войны песни циркулировали во множестве версий. Это может быть связано с тем обстоятельством, что публикация стихов в газете не всегда сопровождалась нотами. Читателю предоставлялась свобода сочинить или подобрать свою мелодию. Как говорилось выше, старые тексты подвергались обработке либо в результате адаптации к текущей ситуации или конкретному сообществу (полк, дивизия, город), либо в результате развития исходного текста и как ответ на него. «Катюша» бытовала во множестве вариантов, в которых поднимались различные темы, а песня «Жди меня» стала поводом для песен-ответов. При этом новые, адаптированные варианты редко обретали всенародную или длительную популярность и обычно не выходили за рамки той среды, в которой возникли и для которой предназначались.

Отыскать текстовые варианты песен не составляет большого труда. Фольклористы проделали эту работу, сборники текстов неоднократно издавались. Гораздо труднее выявить мелодические варианты. Некоторые рукописи хранятся в архивах и иногда публикуются. Однако, если какая-либо мелодия побеждала, остальные исчезали, и найти их ноты оказывается весьма непросто. (Мне не удалось обнаружить ни одной работы, посвященной мелодическим вариантам песен, в отличие от текстовых вариантов. Но в сборниках текстов иногда упоминается, под какой аккомпанемент исполнялись стихи. Исходя из этого, можно сделать некоторые выводы о количестве музыкальных вариантов.) Архивные документы, воспоминания, газетные статьи позволяют судить о том, что даже в среде профессиональных композиторов существовал обычай многократно обращаться к одному и тому же тексту. Как правило, композиторы теряли интерес к своему детищу после того, как победу одерживало другое произведение, и даже не настаивали на своем авторстве. А Богословский, как говорилось выше, не включал песню «Россия» в собрание своих сочинений даже несмотря на то, что его версия оказалась наиболее успешной.