Дорогая мамочка. Война во Вьетнаме глазами снайпера

Мы сделали промежуточную посадку в Анкоридже, на Аляске, для дозаправки и приема на борт новых пассажиров. Из самолета никого не выпускали, и я продолжал смотреть на заснеженные горы вдали, так сильно напоминавшие мне те, которые высились за домом. Когда мы вылетали из Анкориджа на Гавайи, в самолете не было пустых мест.

В Гонолулу у нас была трехчасовая остановка, и большинство из нас с нетерпением заполнили это время в баре аэропорта, как можно быстрее накачиваясь сингапурским слингом[16]. Это были самые короткие три часа моей жизни. Сразу после того, как в баре начало становиться шумновато, нам приказали как можно быстрее вернуться в самолет, и после заключительного пересчета мы вылетели на Окинаву. Этот участок нашего путешествия оказался наихудшим, — почти тринадцать часов тесноты в самолете, который вел себя так, как будто он все еще стоял на земле. Никакого шевеления или тряски, только шум от двигателей, указывающий на то, что мы все-таки летели. Приземлились мы в середине ночи, вымотанные от перелета и страдая от смены часовых поясов. После сдачи, упаковки и маркировки нашей стандартной униформы, всем выдали тропическое обмундирование для джунглей и ботинки. Мы писали письма домой, убивали время в солдатском клубе, и пытались разговорить людей, возвращающихся из Вьетнама в мир (в Штаты) о том, на что похожа война. Большинство из них вообще не говорили о войне, и я размышлял, что это было потому, что мы были слишком тупы, чтобы понять, или причина была в чем-то ином. И еще я понял, что лучшее, что можно было сделать — попытаться стереть следующие тринадцать месяцев из своей головы.

Глава IIДобро пожаловать на войну

1-я дивизия морской пехоты,

о-в Окинава,

5 апреля 1969 г.

Дорогая мамочка,

Ну вот, наконец-то я на месте. Сейчас я на Окинаве и сегодня же должен вылететь в Дананг. Здесь нет ощущения того, что твой дом находится от тебя на удалении половины земного шара. Просидел здесь пару дней; когда прибыл, так затосковал, что пошел в солдатский клуб и напился.

Сейчас идет ливень. Мне еще раз отметили документы, и у меня появился последний шанс провести свободное время перед отправкой.

Поузи и Уолтерс тоже уже здесь. Мы с Поузи попали на один и тот же рейс в Дананг, но Уолтерс все еще не знает, когда он вылетает. Мы надеялись, что нас не разделят, но уж как получилось.

Я послал телеграмму, но я не знаю, получили ли вы ее или нет. Сомневаюсь в этом. Скорее всего это письмо вы не получите, пока я не доберусь до Дананга.

Вообще-то я немного нервничаю. Здесь B-52[17] взлетают с авиабазы круглосуточно, отправляясь на бомбардировку целей во Вьетнаме. Наверно хорошо знать, что они существуют.

Добро, мама, мы должны закончить оформление наших документов. Сейчас здесь двенадцать пополудни, и мы вылетаем сегодня в 8.00 вечера. Напишу снова, как только получу новый адрес. Передавай привет бабуле.

С любовью,

Джо

* * *

Напряжение тысяч солдат, передвигавшихся в обе стороны от Вьетнама, проявлялось в воздухе, что делало Кэмп-Батлер весьма опасным местом, особенно после наступления темноты. И все же Окинава мне понравилась. Вне подготовки к прибытию в свою часть, я либо ходил в солдатский клуб, или наблюдал за взлетающими самолетами, в основном, транспортниками и бомбардировщиками. За пределы базы нас не отпускали, но в свой последний день там я дал денег таксисту, чтобы он забрал меня. Затем он вместе со мной пошел бар, где мы протанцевали до 2.00 утра. Потом ему каким-то образом удалось взять одного очень пьяного морского пехотинца, незаметно пройти береговой патруль и доставить его обратно на базу без пропуска.