Дороги Средневековья. Рыцари, разбойники, кочевники, святые

Что мы представляем, когда говорим о викингах? Огромный корабль – драккар – со страшной головой дракона, закрепленной на носу. На нем – злобные гиганты в рогатых шлемах, которые вот-вот высадятся на берег и начнут крушить всё на своем пути.

Однако эта картинка, скажем прямо, не совсем соответствует действительности. Во-первых, уже, наверное, общеизвестно, что рогатых шлемов у викингов не было: так их изображали романтически настроенные художники XIX века, и с тех пор подобный образ закрепился. Шлемы, кстати, они иногда носили войлочные, а не металлические – такие толстые шапки, которые тоже защищали голову. Во-вторых, рост. Сегодня жители Скандинавии и правда довольно высокие. Но так ли было во времена викингов, в период с VIII по XI век? Оказывается, нет. Когда-то я со своими учениками добралась на байдарках до Старой Ладоги – древнего перевалочного пункта на пути из варяг в греки. И археолог, который водил нас, спросил: «Знаете, какой средний рост человека, найденного здесь в захоронениях?» Конечно, все начали выкрикивать: «Два метра! Метр девяносто!» А он ответил: «Метр сорок четыре». Настоящий гном – Гимли, сын Глоина из «Властелина колец».

Это, конечно, странная цифра, с тех пор я ее нигде не встречала. Считается, что средний рост викинга – метр семьдесят. Тоже не гигант по сегодняшним представлениям. Очевидно, они отличались очень широкими плечами – логичное предположение, если вспомнить, что боевой топор являлся тогда основным оружием.

Когда-то один мой норвежский коллега, тоже учитель истории, рассказывал мне и другому коллеге о викингах. Он приготовил для нас список вопросов, и мы благополучно сели в лужу, потому что в ответах воспроизвели все стереотипы. В частности, он спросил, какую пищу предпочитали викинги. Я, конечно, ответила, что мясо, сразу представив жаренную на костре здоровенную ногу барана. А он сказал: «Ничего подобного. Главной едой у них была каша». Это поразило меня: как могли наесться кашей здоровые мужчины, которые плавали на кораблях и сражались? Думаю, они добавляли туда всякие жиры и, вероятно, брали с собой вяленое мясо. Но всё же это существенно отличается от наших представлений.

Мы не очень хорошо понимаем, откуда взялось слово «викинг». Викинг – это и человек, и сам морской поход, в основном грабительского характера. Говорили: «Ушел в викинг», – и тот, кто ушел в викинг, назывался викингом.

Насчет происхождения слова ученые выдвигают разные версии. Возможно, оно возникло от корня – вик-, который на разных скандинавских языках означает бухту или залив (отсюда, например, название города Рейкьявик). Есть мнение, что слово «викинг» образовалось от глагола, который означал «отклоняться, уходить в сторону», то есть это человек, ушедший от обычной жизни, уплывший куда-то на корабле.

В любом случае та эпоха у нас ассоциируется прежде всего с морем, с морскими походами. Но при этом надо понимать, что важнейшей частью жизни скандинавов (для которых море значило невероятно много) был тот участок земли, который они сумели захватить и освоить. Да, земля в Скандинавии не слишком плодородная. И, казалось бы, зачем так держаться за нее, что она принесет? И всё же это часть человека, его мир. Арон Яковлевич Гуревич, замечательный специалист по средневековой Скандинавии, в своей прекрасной книге «Походы викингов» пишет: «Человек и усадьба были неразрывно связаны между собой. Эта связь считалась священной».

Такое положение отражено и в мифах. Мир в представлении скандинавов делился на три части. Тот мир, где жили люди, – Мидгард (срединный), но буквально это значит «мир внутри изгороди». То есть огромная усадьба. А вот тот мир, где обитали всякие чудища, располагался на окраине, за изгородью. Неслучайно действие саг часто разворачивается на кораблях, во время путешествий.

Хутора находились на значительном отдалении друг от друга. Селиться деревнями было практически невозможно – для этого не хватало земли. Холмистый рельеф Скандинавии разобщал людей, вынуждая их расселяться по разным долинам, довольно далеко друг от друга. На хуторе жила большая семья: хозяин, его жена, его дети (возможно, взрослые дети – тоже с женами), другие домочадцы, слуги. Они обрабатывали землю и с этого кормились. Такая жизнь сильно развивала самостоятельность. Человек – сам хозяин в своей усадьбе, никакие соседи ему не указ. Жители одной местности, конечно, собирались на тинг (народное собрание), чтобы решать насущные вопросы. Случались у них и альтинги – общие собрания всей земли, всей страны. Но все-таки большую часть времени владелец усадьбы был сам по себе, и это во многом определяло независимость человека и его семейства.

Когда скандинавы начали осваивать Исландию – это произошло где-то в конце X века, – остров пустовал. И, согласно правилу, каждый человек мог взять себе такой надел, который сумел бы обойти за день с горящим факелом в руке, разводя на границах участка костры. Либо площадь, которую обойдет женщина, ведущая за собой корову. То есть довольно приличную территорию.