Досье Сноудена. История самого разыскиваемого человека в мире

Была ли New York Times готова стать партнером Guardian и заниматься публикацией файлов Сноудена? Расбриджер прямо сказал Абрамсон, что материал очень пикантный. Не было никаких гарантий, что в New York Times когда-либо смогут взглянуть на него. По поводу использования этих материалов были согласованы строгие условия. «Обстановка [в Великобритании] с каждым днем накаляется», — сказал он. Как и в случае сотрудничества с WikiLeaks, извлечь выгоду из сделки смогли бы обе стороны: New York Times получила бы флешку, а Guardian — защиту согласно первой поправке. Абрамсон согласилась.

Что на это сказал бы Сноуден? Было маловероятно, что он сильно обрадуется. Сноуден неоднократно выступал с выпадами против New York Times. Судя по его ощущениям, эта газета вела себя вероломно и была слишком близка к американским властям.

Альтернатива, однако, была еще хуже. Guardian оказалась в сложном положении; в любой момент могла нагрянуть полиция и попросту изъять материалы Эдварда Сноудена. Все жесткие диски и прочие носители информации могли быть подвергнуты тщательному анализу. А в результате это лишь подстегнуло бы уголовное расследование в отношении самого Сноудена со стороны американских властей.

Прошло две недели, и публикации Guardian продолжались. Для тех, кто работал в импровизированном «бункере», это был весьма ответственный и напряженный период. Эти люди не имели возможности поговорить с друзьями или коллегами, они могли общаться только в узком кругу посвященных лиц. Затем, в пятницу 12 июля, вновь явился Хейвуд, на этот раз в сопровождении Крейга Оливера, на котором была розовая полосатая рубашка. Они заявили, что Guardian должна возвратить файлы GCHQ; настроения в правительстве, судя по всему, ужесточились, хотя едва ли все хорошо осведомлены о происходящем. «Нам известно, что у вас есть, — сказал сэр Джереми. — Мы полагаем, что у вас около 30–40 важных документов. Мы обеспокоены по поводу их сохранности».

Расбриджер сказал: «А вы, надеюсь, понимаете, что копия [документов] есть и в Америке?» Хейвуд: «Мы можем все деликатно уладить либо обратиться в суд». Тогда Расбриджер предложил очевидный компромисс: пусть GCHQ направит в Guardian своих технических специалистов, чтобы те проконсультировали штатных сотрудников газеты, как нужно правильно обращаться с имеющимися секретными материалами. И как, в случае чего, их уничтожить. Он пояснил, что Guardian не намеревалась передавать файлы кому-либо еще. «Мы еще работаем с ними», — сказал он. Хейвуд с Оливером ответили, что подумают об этом на выходных, но хотели бы, чтобы Расбриджер пересмотрел свой отказ возвратить материалы.

Три вечера спустя Расбриджер потягивал пиво в викторианском пабе в лондонском районе Айлингтон. От Оливера, пресс-секретаря премьер-министра, поступило сообщение. Назначил ли главный редактор встречу с Оливером Роббинсом, заместителем советника Кэмерона по национальной безопасности?

«Дж. Х. [Хейвуд] обеспокоен тем, что вы не согласовали встречу, которую он предложил».

Расбриджер был удивлен. Он написал в ответ: «О мерах безопасности [по обращению с материалами]?»

Оливер: «О возвращении материалов».

Расбриджер: «Я думал, он предлагал нам встретиться по поводу мер безопасности»

Оливер: «Нет. Он отдает отчет своим словам. Речь шла о встрече по поводу возврата материалов».

* * *

Очевидно, за прошедший уик-энд что-то изменилось. Расбриджер заявил пресс-секретарю, что о возврате файлов Сноудена никто ни с кем не договаривался.

Оливер ответил прямо и резко: «Вы уже вдоволь позабавились. Теперь пора возвращать файлы».

Расбриджер ответил: «Очевидно, мы сейчас ведем речь о совершенно разных встречах. Это не то, о чем мы договаривались. Если вы передумали, то что ж, замечательно».

Тогда Оливер обратился к «большой дубинке»: «Если вы не возвратите нам это, мы вынуждены будем поговорить вечером «с другими людьми»…

Этот разговор ошеломил Расбриджера. Начиная с того момента, когда шестью неделями ранее была опубликована первая статья по материалам Сноудена, на Даунинг-стрит относились к этому процессу весьма сдержанно — иногда проходило несколько дней в ожидании ответа. Это были бюрократические задержки на грани крайней нерасторопности. Теперь же чиновники требовали разрешения ситуации в их пользу в считаные часы! «Мы просто сидели, схватившись за голову», — заметил один из посвященных в это дело чиновников. Возможно, службы безопасности внезапно обнаружили (или осознали) неизбежную угрозу со стороны иностранной державы. Может быть, «секурократы» просто рассердились. Или Дэвид Кэмерон отдал распоряжение поскорее разобраться с этим делом.