Доверено флоту

Однако первые недели войны заставили считаться с подобной возможностью. Во второй половине июля последовало решение Государственного Комитета Обороны о формировании в составе Черноморского флота Азовской военной флотилии, а готовиться к этому нарком ВМФ приказал нам еще раньше. Кораблей, специально построенных для флотилии, не было. Она создавалась из мобилизованных судов Азовского и Черноморского пароходств, а также и рыболовецких. Их надо было переоборудовать, вооружить орудиями и пулеметами, укомплектовать экипажи. [248]

Мне приходилось в конце июля 1941 года бывать в Камыш-Буруне, где сосредоточивались отобранные суда. Тогда я застал самый разгар этой работы. Секретарь Керченского горкома ВКП(б) Н. А. Сирота оказал нам большую помощь, мобилизовав для ремонта и переоборудования судов все местные ресурсы. К середине августа вступили в строй и перешли в Мариуполь, назначенный тогда главной базой флотилии, три канлодки, несколько сторожевых кораблей и катеров-тральщиков и флагманский корабль «Севастополь», переоборудованный из пассажирского парохода. Через месяц флотилия насчитывала 35 различных кораблей, потом их стало больше. Флотские ВВС передали азовцам две эскадрильи истребителей.

Флотилия, возглавляемая тогда капитаном 1 ранга А. П. Александровым и бригадным комиссаром А. Д. Рощиным, начала боевые действия, еще не закончив формирования. Она поддерживала части 9-й армии Южного фронта, а затем 51-й Отдельной, вела бои с фашистскими танками, пытавшимися прорваться в Крым по Арабатской стрелке, прикрывала эвакуацию из приазовских городов, которым угрожал враг, обеспечивала перевозки между Ростовом и Керчью.

В ноябре Азовская флотилия пополнилась кораблями расформированной к тому времени Дунайской. (А два с половиной года спустя, весной сорок четвертого, на основе Азовской флотилии, будет возрождена Дунайская, с тем чтобы победоносно двинуться на запад, в глубь Европы.)

Вершиной первой кампании азовцев явилось их активное участие в Керченско-Феодосийской десантной операции - высадка на северный берег Керченского полуострова частей 51-й армии. Фронт высадки был широким, и командование флотилии ввело в действие кроме своих основных кораблей десятки рыболовных сейнеров и более мелких судов. Пока позволяла ледовая обстановка, азовцы перевозили в Крым подкрепления и военные грузы. На зимовку корабли расставили так, что их артиллерия создавала вместе с береговыми батареями огневую основу узлов обороны у тех участков побережья, которые считались уязвимыми с моря.

В марте оно еще было сковано льдом. Батареи флотилии, «достававшие» до северного, занятого противником берега, вели огонь по разведанным там целям. Небольшие подразделения моряков систематически проникали - по льду, через Таганрогский залив - в неприятельские тылы, минировали дороги, выводили из строя вражескую технику, нарушали связь. В конце февраля успешно прошла более крупная вылазка [249] на Кривую косу (западнее Таганрога, в районе Буденновки), проведенная совместно с 56-й армией - участвовало двести моряков и двести армейцев. Внезапным налетом сводного отряда был фактически ликвидирован размещенный на косе фашистский гарнизон, уничтожены две артиллерийские и две минометные батареи, радиостанция.

Командующего флотилией контр-адмирала С. Г. Горшкова я в Приморско-Ахтарской не застал: он находился в штабе Южного фронта, согласовывая планы ближайших боевых действий. Как сложится на Азовском море новая летняя кампания, было пока неясно, это зависело прежде всего от положения в Крыму. В любом случае пора было думать об организации партийно-политической работы, связанной с обеспечением приближавшихся боевых походов кораблей. Я предложил военкому флотилии полковому комиссару С. С. Прокофьеву вместе послушать, какие на этот счет соображения и планы у начальника политотдела батальонного комиссара В. А. Лизарского, как учитывается прошлогодний опыт, особенно - приобретенный в Керченско-Феодосийской операции. Доклад начальника политотдела подробно обсудили, разговор получился полезный.

Корабли, на которых побывал, были в основном готовы к плаваниям, ремонт механизмов заканчивался. Радовало боевое, уверенное настроение экипажей. Азовцы уже убедились, что и на этих не грозных на вид судах, еще недавно бороздивших спокойное внутреннее море с мирными грузами или ловивших на нем рыбу, можно успешно воевать.

* * *

Из Тамани, где меня встретил командир Керченской военно-морской базы контр-адмирал А. С. Фролов (перед назначением сюда он в сентябре - ноябре 1941 года командовал Дунайской флотилией), идем на катере к крымскому берегу. Керчь трудно узнать - так много тут разрушено. Я впервые вижу город, побывавший в руках врага, и зрелище это страшное. А сколько его жителей погибло, замучено за сорок дней фашистской оккупации!… Хозяйка уцелевшего домика под горой Митридат, где меня устроили на ночлег, рассказывала о пережитом, о рве за городом, заполненном телами тысяч расстрелянных керчан.