Доверено флоту

Как заведено на флоте, экипировку отдельных, вызванных наугад морских пехотинцев проверяли, доходя до таких мелочей, как иголка с ниткой, которые тоже необходимы бойцу. И вот что обнаруживалось: многие краснофлотцы за счет недобора хлеба и других продуктов из полагавшегося каждому трехдневного сухого пайка сумели положить в свои вещевые мешки патронов и гранат значительно больше установленной нормы.

- Как же собираетесь воевать без харчей? - спрашивал я.

- Было бы чем бить фашистов, а харч как-нибудь раздобудем! - отвечали бойцы.

Инициативу такого рода часто проявляли потом и участники других десантов, и если дело не доходило до крайностей, ее можно было только одобрить.

Непосредственным руководителем десанта под Одессой - командиром высадки был назначен командующий эскадрой контр-адмирал Л. А. Владимирский, а военком эскадры бригадный комиссар В. И. Семин - военкомом высадки. Отряд десантных кораблей, куда входили крейсера «Красный Кавказ», «Красный Крым» и три эсминца, возглавлял командир бригады крейсеров С. Г. Горшков, которому только что было присвоено звание контр-адмирала. Комиссаром отряда был полковой комиссар С. С. Прокофьев. В районе высадки, намеченной вблизи приморского села Григорьевка, к десантным кораблям должны были присоединиться канонерская лодка «Красная Грузия» и десять сторожевых катеров из Одесской базы. Они предназначались для ускорения перевозки на берег десантников и их боевого имущества. В этих же целях корабли десантного отряда имели на борту добавочные легкие катера и моторные барказы.

Предусмотрели, казалось, все. Утвердили и план взаимодействия участвующих в контрударе дивизий с десантным полком. Заместитель начальника штаба ООР капитан 1 ранга С. Н. Иванов, прибывший из Одессы с предложениями командования оборонительного района, должен был вернуться туда на эсминце «Фрунзе» с плановой таблицей боя, На этом же корабле, вышедшем из Севастополя на рассвете 21 сентября, отбыл в Одессу командир высадки контрадмирал Л. А. Владимирский: он считал необходимым познакомиться с обстановкой на месте, встретиться с Военным советом ООР. [92]

Но не все шло в тот день гладко. Нас подстерегали столь частые на войне неприятные неожиданности.

Началось с того, что в районе Тендровской косы с борта «Фрунзе» (его вел капитан 3 ранга В. Н. Ерошенко, поставивший свой «Ташкент» в ремонт и заменявший недавно раненного командира эсминца) заметили охваченную пожаром и уже едва державшуюся на плаву канонерскую лодку «Красная Армения» из Одесской базы. Как выяснилось, полчаса назад она была атакована группой бомбардировщиков.

Эсминец задержался для оказания помощи канлодке и спасения людей. И вскоре сам подвергся атакам бомбардировщиков. Отражать их атаки оказалось необычайно трудно - бомбы сбрасывались с крутого пике. Это были одномоторные Ю-87, впервые появившиеся на нашем театре и знакомые раньше черноморцам лишь по учебным таблицам. Мы еще не знали, что гитлеровское командование специально перебросило под Одессу эскадрилью или две таких самолетов со Средиземного моря, где они действовали против английских кораблей.

Ведя бой с пикировщиками, Ерошенко удавалось уклоняться от прямых попаданий бомб, но при близком разрыве за кормой эсминец получил серьезные повреждения. К ним вскоре прибавились новые. С затопленными отсеками и дошедшим до критического креном, управляемый только машинами, практически уже выведенный из строя, корабль не перевернулся и не затонул лишь благодаря тому, что командир, сам тяжело раненный, не опоздал посадить его на отмель.

Фашистские самолеты не оставили эсминец в покое и после этого. Они разбомбили также буксир, принявший с эсминца раненых. Подоспевший торпедный катер доставил на Тендру тех из них, кто остался в живых. Здоровые моряки добирались до недалекой косы вплавь. В числе нескольких десятков погибших был и замначштаба ООР капитан 1 ранга С. Н. Иванов.

Все это происходило уже после того, как из Севастополя вышли, взяв курс к Одессе, крейсера и эсминцы с батальонами 3-го Черноморского полка. Бойцы полка понимали - по характеру проходимой ими подготовки, - что их могут попользовать как десантников. Но где и когда - это держалось в строжайшей тайне. Только после прекращения связи с берегом по трансляционной сети кораблей было объявлено: «Военный совет Черноморского флота поставил перед нами [93] почетную и ответственную задачу - оказать помощь героическим защитникам Одессы…»

На переходе боевая задача доводилась до личного состава всех подразделений в полном объеме. На кораблях прошли партийные и комсомольские собрания десантников, короткие митинги. В открытом море десятки морских пехотинцев подали заявления с просьбой принять их в ряды партии, считать коммунистами уже в завтрашнем бою. В политическом обеспечении десанта существенную помощь политотделу эскадры оказала группа работников политуправления флота, возглавляемая заместителем начальника политуправления бригадным комиссаром М. П. Ткаченко, находившимся на крейсере «Красный Крым».