Дожить до рассвета

Всеведа неприязненно повела плечами, отстраняясь от рук ведьмака, и подошла к Пастуху. Потянувшись к нему руками, девушка спросила:

– Ты позволишь, Пастух?

– Гляди, чего уж там, – прошептал старый ведьмак, покорно открывая перед ней сознание. – Знал бы, что так все обернется, сидел бы себе в Нави...

Обняв Пастуха за голову и прижимая его к своей груди, колдунья стала его баюкать, словно малого ребенка. Через мгновение Пастух обмяк в ее руках, впадая в дрему. Присев напротив ведьмака, колдунья развела руки, словно в них была книга, и зашептала:

«Здравствуй, Матушка Макошь. Здравы будут и помощницы твои. Ты, Доля, радость всем прядешь, Недоля – испытаний вяжет узелки. Откройте Книгу Судеб для Всеведы, слепой, что зрит во тьме миров. Найду в ней на вопросы все ответы. Вот ключ, что отпирает семь замков».

Всеведа протянула руку, снимая со стены невидимый ключ и вонзая его в пустоту. Руки девушки опустились, будто в них легла тяжелая книга, и, начав перелистывать невидимые страницы, колдунья погрузилась в забытье.

* * *

Высокие стены Асгарда. Величественный город Дарийской империи кипел обыденной жизнью. Большие каменные дома, огромные фонтаны, дарующие жителям целебные воды, радостный смех горожан. Морской бриз принес свежесть, весело подгоняя волны. За бесконечной гладью воды лежит остров, на котором возвышается Великая гора Меру. Белоснежные пушистые облака окутали ее вершину, словно скрывая от любопытных глаз великое таинство Уров.

Всеведа нетерпеливо перевернула страницу, открывая новый день Элкора.

Дверь распахнулась, впуская внутрь чародея... В большом зале на лавках сидели два десятка мальчишек, сосредоточенно рисующих замысловатые руны. Ур неторопливо прошелся по залу, наблюдая за стараниями учеников.

– Молодец, Рыжий. Из тебя получится толковый волхв, – он ласково потрепал огненные кудри курносого мальчугана, – коли не загордишься...

Всеведа вновь перевернула страницу, следуя дальше по событиям его жизни.

Ловко вывернувшись из захвата, Рыжий сделал подножку, опрокидывая противника в траву. Вскочив на ноги, разгневанный мальчуган бросился на обидчика с криком:

– Ты нечестно борешься!

Элкор улыбнулся, разнимая сцепившихся сорванцов.

– Тихо-тихо, драчуны! Хватит бодаться! – Ур одернул возмущенного ученика за ворот рубахи. – А ну, скажи, Калач, в чем он нечестно поступил?

Смуглый пацаненок вытер рукавом нос, возмущенно притопнул ногой:

– Мы боролись «тяни-толкай», а он ногу подставил! Нечестно!

– Конечно, нечестно, – Элкор кивнул, соглашаясь. – А ты этого приема не знал?

– Знал. Только мы боролись в «тяни-толкай»!

Учитель заглянул ему в глаза, пытаясь пробиться к сознанию мальчонки сквозь пелену гнева.

– В настоящем бою нет никаких правил. Враг не будет с тобой сражаться по уговору. Всегда будь готов к его подлым ударам. Усек?

Калач кивнул, огорченно опуская взгляд долу. Ур оглянулся на Рыжего, сурово вынося приговор:

– Сто отжиманий! Иной раз неповадно будет...