Древние славяне

В славянских землях географических имен, происходящих от Перуна,почти не существует, за исключением далматской горы — Перунова дубрава и села Перкуниста в Валахии; но странно, что имя Перунав понятии Парома,или Берома,весьма живо сохранилось у карпатских словаков, где до сих пор это имя служит ругательным словом. Несмотря на все это, нельзя считать имя Перуназа славянское и гораздо вероятнее принять, что оно перешло в Россию или через варягов, или через кривичей, предполагая между ними распространение религии прусско–литовского Криве.Гримм идет еще далее; он доказывает происхождение имени Перуна,или Перкуна,от немецкого корня Fairguni, Fairguns, которое у Ульфилы на древнем готском языке значит гора;у других хроников древнее имя Virgunia — новое Erzgebirge; Virgunt Schvarzwald, и Fioer–gun, Fioergynjar — имя матери Торав «Эдде», часто переходящее на громовника, ее сына, который тождествен с нашим Перуном.Но если Перунновейшее германско–литовское название бога грома, какое же было его древнее славянское имя? Судя по аналогии с другими богами, положительно сказать можно, что его называли Громовникомили Молником.Первое имя, т. е. громовника, сохранилось для нас как прилагательное Перуна,перешедшее позднее на пророка Илию, который как у нас, так и у германцев получил прежнее великое значение Перунаи Тора.Слово же молнику нас изгладилось, но в германском мифе перешло в имя главного атрибута Тора— его палицы, называемой миё— Mjolner.

Таким образом, миольнерв руках Торане что иное, как громовые стрелы: donner Keule, Thorstein (в Курляндии — Perkuhnstein, Perkuhnakmens), о которых существует в Германии и России одинаковое поверье, что они бросаются громовержцем с неба и так глубоко входят в недра земли, что только по прошествии семи лет снова выходят на ее поверхность; нашедший такой камень приносит его домой, полагая, что он сохраняет жилище от громового удара.

В Германии посвящался Торудуб; то же самое дерево считалось, по словам Козьмы Пражского, жилищем Перунав Богемии; далее в Литве и вообще у всех славян огни, зажигаемые в честь Перуна,горели из одних дубовых ветвей, и главное капище его в Литве находилось в густом дубовом лесу Рамов. Вундерер во время путешествия своего по Курляндии в 1613 году нашел в Мариенгаузене вместо христианской церкви языческий дуб, которому поклонялись латыши под именем Перкунова дуба.Также Прове,или Проно,которого Касторский справедливо почитает за искаженного Перуна,обоготворялся в дубовом лесу близ Штаргарда в Альтенбурге. Наконец, самое название горы Перкунова дубравав Далмации также намекает на поклонение Перунув дубовых лесах.

В подтверждение тождества Перунас Торомможно привести также наше народное поверье, что раскат грома производится огненною колесницею, в которой разъезжает Перун,позднее же заменил его св. пророк Илия. Это поверье происходит от представления Тора,который в «Эдл, е» описывается разъезжающим в колеснице, запряженной козлами, а посвящением этих животных ТоруГримм объясняет осетинский обычай приносить козла в жертву св. Илие. Еще яснее выступает тождество Торас Перуномв том, что у нас в Новгороде часть города, обитаемая языческими приверженцами Перуна,долго носила имя Торовой страны,сторона же города по сю сторону Волхова, обитаемая христианами, получила имя Софийской стороны от древнего собора Св. Софии.

На острове Рюген обоготворялось весеннее и осеннее солнце под именами Яровшпаи Световита.В Книтлингской саге они известны под именами Турупит (Турувит?)и Пурувит (Перуневит?).Первое имя относится к Яровиту,или, лучше сказать, к Яру,который, как видели уже выше, совершенно тождествен с Туром;что подтверждается еще в «Слове о полку Игореве», где безымянный поэт своему герою Всеволоду дает прозвание Яр–Тура.Что же касается до слова Пурувит,то оно, вероятно, должно иметь свой корень в имени Перунаи относится здесь, по–видимому, к Световиту [12] .