Другая история Российской империи

О запрещении чинить обиды обывателям. Как в проходящих маршах, так и на квартирах не токмо в своей, союзничей или нейтральной землях, но и в неприятельской под смертным страхом запрещаетца дабы обид обывателям, контрибуции и прочего, какое б звание не имело, кроме указанного, что поведено будет, не брали. Такоже строения никаково не ломали и не портили и ничего ни в чём без письменного указу в вышеписанном не чинили… О военных консилиях. Понеже всё лучшее устроение через советы бывает, того ради повелеваем, дабы как в генералитете, так и в полках советы о всяких делах заранее имели и ничего непропускали, что к пользе надлежит…

Начальнику принадлежит повелевать, а подчинённому послушну быть. Оный имеет в том, что приказал, оправдаться (дать объяснение, – Авт.), а сей ответдать, как он поведённое исправил (исполнил, – Авт.)…

Когда город или крепость штурмом взяты будут, тогда никто да не дерзает, хотя вышнего или нижнего чина церкви, школы или иные духовные дома, шпитали (госпитали, – Авт.) без позволения указу грабить или разбивать, разве что гарнизоны или граждане в оном сдачею медлить и всякий вред чинить будут. Кто против сего преступит, оный накажется яко разбойник, а именно: лишён будет живота (казнён, – Авт.).

Всех пленных, которые при взятии городов, в баталиях, или где инде взяты будут, имеют немедленно оному, который команду имеет, объявить и отдать. Никтода не дерзает пленного под каким-нибудь предлогом при себе удержать…Кто против сего преступит, имеет, ежели он офицер, чина лишён, а рядовой жестоко шпицрутенами наказан быть. Никто да не дерзает пленных, которым уже пощада обещана и дана, убити, неже без ведома генерала и позволения освобождать под потерянном честии живота… Надлежит солдату… прилежно того смотреть, чтоб его мундир в целости был, и ружьё его всегда вычищено и чисто было. Кто в том ленив явится, имеет от офицера своего наказан быть…

Кто лживую присягу учинит (изменит присяге, – Авт.), и в том явственным свидетельством обличён будет, оному надлежит два пальца, которыми он присягал, отсечь, а его послать на каторгу…»

Регламентация была страстью Петра I. И поэтому нет ничего удивительного в том, что раньше, чем в армии, «Устав воинский» был введён в… гражданских учреждениях. В эти же годы своим чередом шли реформы государственного строительства. Вместо приказов в 1718—1720 годах создали коллегии: Иностранных дел, Военную, Адмиралтейскую (Морскую); три коллегии ведали промышленностью и торговлей, три – финансами; Юстиц-коллегия отвечала за судебные органы. С 1721 года действовала Вотчинная коллегия, занимавшаяся дворянскими землями. Политическую полицию и сыск представлял Преображенский приказ, но к коллегиям он не относился.

Система коллегий не охватывала все отрасли управления; продолжали существовать приказы, ведавшие «менее важными» государственными делами: медициной, строительством, ямским делом.

В начале 1720-х годов началась работа над законом о порядке государственной службы. Существует предположение, что мысль об издании подобного закона была подана Петру Лейбницем. Так ли, нет, но царь лично принял участие в редактировании этого закона, в основу которого легли заимствования из «расписаний чинов» королевств французского, прусского, шведского и датского.

24 января 1722 года этот закон под названием «Табель о рангах» был издан, и действовал он затем, с небольшими изменениями, вплоть до Октябрьской революции 1917 года. Закон состоял из расписания новых чинов по 14 классам или рангам, и из 19 пояснительных пунктов к этому расписанию. При введении в действие Табеля древние русские чины – бояре, окольничьи и т. п. – не были формально упразднены, но пожалование ими прекратилось. По Табелю все чины подразделялись на 3 типа: воинские, статские (гражданские) и придворные. Воинские чины состояли из 4 разрядов (сухопутные, гвардия, артиллерийские и морские) и объявлялись выше соответствующих им по классу статских и придворных. Чины в гвардии были на класс выше других воинских чинов. Чинопроизводство устанавливалось строго в порядке возрастания классов и старшинства в получении очередного чина.

В Табель не были включены унтер-офицеры и низшие государственные служащие (копиисты, канцеляристы, писари, курьеры и т. п.), хотя первоначально в него, кроме собственно чинов, было включено много различных должностей (общее число чинов и должностей – 262). Чины имели и профессора высших учебных заведений, члены Академии наук и Академии художеств. Так, в 9-м классе значились «профессоры при Академиях» и «докторы всех факультетов, которые на службе обретаются».

Стала складываться система титулования: чины 1-го и 2-го классов имели титул «высокопревосходительство», 3-го и 4-го – «превосходительство», 5-го – «высокородие», с 6 по 8-й – «высокоблагородие», 9—14-го – «благородие». Лица, имевшие чины, не дававшие дворянства, с 1832 получали права почётных граждан. Позже Закон от 9 декабря 1856 определил получение потомственного дворянства только с 4-го (для военных с 6-го), личного – с 9-го класса.