Другая история Средневековья. От древности до Возрождения

В Средние века красны девицы были товаром весьма ходовым: караваны торговцев вели европеек в Азию и азиаток в Европу. Почему у русских находят монгольские черты? Не потому, что Русь завоевывали монголы; они ее (как вы увидите в следующей книге) как раз не завоевывали; а потому, что русские не гнушались грабить торговые караваны, перевозившие девиц:

«Спозаранок в пятницу потоптали они поганые полки половецкие и, рассыпавшись стрелами по полю, помчали красных девушек половецких» (Слово о полку Игореве).

Брачные отношения, когда два родственных племени – по сути, две половины одного большого племени – обмениваются женщинами, в то время как все потомки по мужской линии остаются в пределах обеих половин, естественно приводят к разрастанию каждой семьи и к выходу ее за пределы одного дома. (Дом: древнеиндийский dama, авестийский dam, dami, греческий домос, латинский domus, старославянянский domu.) Дальнейшее разрастание «большой семьи» приводит к дроблению ее на отдельные семьи и к расселению на новых территориях, с созданием объединения семей, сознающих свое общее происхождение по праотцу.

Со временем во многих языках появилось специальное слово для обозначения дяди по матери (по-русски стрый). В самом деле, девушка, взятая в жены у соседей сегодня, – дочь женщины, взятой у нашего племени сколько-то лет назад. А у той женщины здесь остался брат, нашей новой снохе дядя, стрый.

Укрепление и расширение родственных связей с окружающими племенами и родами создавали основу для объединения племенных территорий при образовании народностей; дядя-стрый в этом деле был фигурой не последней.

Племена, носители индоевропейских диалектов, начали свой путь задолго до нашей эры. Но процесс распространения их в Европе и Азии шел и в более позднее время, в Средние века. Незаселенных территорий было много, индоевропейцам не было нужды занимать их, убивая немногочисленных местных жителей (прямой геноцид наблюдался, лишь когда германцы подчиняли себе Европу, да при завоевании Испании). Ведь если убьешь мужиков, кому потом своих-то девок отдавать?

Они крали себе жен или обменивались женщинами, и плодились, и размножались. В этом был совместный интерес.

Получается, в конечном счете все мы свояки.

Звук и буква

Non annumerare verba sed appendere

(Cлова следует не считать, а взвешивать).

Цицерон

Алфавиты многих народов похожи друг на друга, поскольку схожи их буквы. Но если даже они не похожи, чужую букву можно как бы «заменить», произнеся на своем языке. Любой русский школьник с готовностью скажет вам, что английская «I» (Ай) – это «и», а «В» (Би) – это «бэ».

Но все же разные народы по-разному «озвучивают» свои буквы. Как ни крути, но I не есть «и». Всегда можно узнать иностранца по акценту, ведь он не привычен к звукам нашей речи, у него другой звуковой ряд. Изучая иностранные языки, люди пользуются транскрипцией, сложной записью одного какого-то звука буквами, и все равно не могут избавиться от акцента. Обычная транскрипция не дает истинного представления о звучании чужой речи.

И это важно для нас, если мы хотим понять, как создается история и ее хронология. Одно и то же имя, написанное на разных языках, по-разному и произносится. Например, немцы слыхом не слыхивали о великом немецком поэте Генрихе Гейне. Зато ими любим и почитаем автор, имя которого не известно русским людям: Хайнрихь Хайнэ. И поди догадайся, что это один и тот же поэт.

Все знают о комете Галлея. Это самая знаменитая комета Солнечной системы! Между тем, английского астронома по фамилии Halley (1656–1742) никто Галлеем не звал, это латинизированная форма его фамилии, известная первоначально только в научных кругах. А друзья звали его или Хэли, или Хейли (а может быть, Холи).

Современные дети зачитываются сказками Х. К. Андерсена. А их бабушки и дедушки в детстве читывали сказки Г. Х. Андерсена. Это, может быть, разные сказочники, отец и сын, вроде двух Александров Дюма? Нет, просто на Руси Ганс Христиан Андерсен однажды «поменял» имя и превратился в Ханса Кристиана.

При подготовке одного из предыдущих изданий этой книги у нас возникали частые споры с редактором. Милейшая Тамара Дмитриевна убеждала нас, например, в том, что «Птоломей» теперь не пишут; правильно – Птолемей. Исраэль Шамир приводит похожую историю, произошедшую в 20-х годах ХХ века с Лоуренсом Аравийским при подготовке к печати его книги. Лоуренс получил письмо от корректора о том, что название одного и того же города написано в книге по-разному: Рувалла, а иногда Руалла, а то и вовсе Руэли. Лоуренс ответил: «Здорово это я вколол! А будет еще и Рувала и Руала, чтобы показать, какой, в сущности, это вздор – передача звуков одного языка на другом языке, совершенно не родственном ему».

Вздор-то вздор, а путаницы в историю внес немало.