Другие: Она чужая

— Я рада тебя видеть, безумно, и еще бы простояла вот так, но меня ждет расстроенная подруга. Давай потом? Будь милым, мм?

Теперь он узнал ее, сейчас она больше похожа на себя: милая, со смешинками в глазах и едва подрагивающими губами от сдерживаемой улыбки. Это движение губ успело полюбиться ему и одновременно вызывало малую толику раздражения — почему она не улыбается? Ему хочется увидеть ее улыбку, а не ту бледную тень, что вышла из дома и тут же исчезла в нем, словно приведение.

Алекс и сейчас себя спрашивает: зачем он приехал? Скорее всего он просто смог убедить себя в том, что все забыто и та симпатия к ней лишь временное умопомрачение. Что может случиться, когда рядом друг? Не в каменном же они веке в конце-то концов, чтобы вести охоту на одну симпатичную женскую особь.

— Только ради Сиены.

Кэш быстро кивнула, до нее не сразу дошел смысл его слов. Он посторонился и убрал руку, пропуская ее в дом.

— Александр Флагер!..

— Что Кинет? — передразнил он ее, обратившись к ней так же по фамилии и лениво улыбнувшись при этом.

Кэш не смогла удержаться и улыбнулась в ответ, слегка нахмурившись при этом и обреченно покачав головой.

— Ты вообще не изменился и все так же невыносим.

Высказав все это, Кэш все-таки проскользнула в дом и побежала на кухню, под взгляды всех тех, кто собрался или очутился в этот момент в гостиной. Следом за ней вошел Лекс, разведя руками.

— Ничего не случилось. Все в порядке. Дело в ваших женщинах.

Надо узнать, что за парфюмом она пользуется. Зачем ему это? Чтобы заполнить им все пространство вокруг, чтобы он стал раздражать его и от него стало воротить, чтобы встречая эту девушку подсознание требовало находиться от нее как можно дальше, хотя бы с точки зрения физиологии. Ему нужно "переесть" ее запаха, как переесть сладкого.

— В смысле?

Эмили тоже как-то незаметно исчезла из комнаты, а из кухни донесся характерный хлопок, вырвавшейся из бутылки пробки.

— Все в порядке. Девчонки просто решили выпить. Кстати, а где Крис?

— Задерживается, как и всегда. Договаривались же, что на Новый Год, отключим телефоны и забудем о делах, но это не про него, как видишь.

Стивен, подбросивший дрова в камин, поднялся и отряхнул от мусора колени. Он знаком с Кэш уже очень долго и может смело назвать себя ее другом, он не мог не заметить тех изменений, что произошли с ней за последнее время: девушка все чаще стала сторониться их и прикрывать свою отчужденность бесконечными делами, а в те моменты, когда ее удавалось вытащить куда-то, она неизменно была одна и отказывалась рассказывать, как у них дела с Кристофером.

Оно и правильно. Отношения — это дело двух людей, но дружба — это искреннее беспокойство за душевный комфорт близкого по духу, почти родного тебе человека.

— Она разве не сказала тебе?

Они не так давно с ней знакомы, чтобы она могла по секрету делиться с ним даже такими малозначительными фактами.

— Нет. Она спешила напиться, а меня в тот момент волновало немного другое — ее поведение, но никак не Крис. И с чего бы это она должна была мне это сказать?

Из кухни раздался звон бокалов, а еще через несколько мгновений знакомый женский смех.

— Пойдем к ним? Есть ужасно хочется.

— Что празднуем?

Девушки, вооруженные стаканами с шампанским, встретили их с застывшими на лицах улыбками, но обманываться такому радушию не стоило — надо было видеть их взгляды, исполненные женского коварства. Марк тупо не заметил этого, Стив не дошел до Эмили всего пару шагов, когда мимо него пролетел багет, врезавшись прямо в лицо ничего не подозревающего Марка, Лексу повезло чуть больше, он просто остановился у двери, наблюдая за творящимся вокруг бардаком и пошел к столу с другого края, присоединяясь к Кэш, которая почему-то показалась ему наиболее миролюбивой.

— Что ты творишь?

— Ты засранец, Марк! Ты испортил мне Новый Год!

— Да что случилось-то?

— Это случилось! Все это!

Сиена размашистым движением обвела рукой кухню, но скорее всего имела в виду дом в целом, расплескивая шампанское по кругу. Кэш поднялась, чувствуя, что надо бы линять отсюда и это начало краткой, но эмоциональной ссоры с кучей обвинений, оправданий и Бог знает, чего еще! Алкоголь помог унять слезы, но обиду никуда не дел.

— Пошли отсюда, — словно подслушав ее мысли, произнес Алекс, как можно более незаметно поднимаясь из-за стола, за которым еще даже не успел усесться. Их телодвижения не были не замечены Стивеном, который стянул со стула свою фриковатую подружку и тоже поспешил слиться следом за ними.

Ближайшим выходом была дверь на улицу, на задний двор, в котором стояли стойки с лыжами и досками, на стене висели разнообразные снего- и ледоступы и два снегохода, накрытые чехлами. Дом придется обходить либо по ветреному, расчищенному склону, но этот путь дольше, либо через лес, так короче, но проваливаясь в сугробах.

— Что это было? — вырвалось у Лекса с легким недоумением и раздражением в голосе, мужчине еще не доводилось оказаться в эпицентре ссор и скандалов, во всяком случае таких эмоциональных, скорее скандалящие шипели и сдерживали эмоции, демонстрируя подчеркнутую сдержанность.