Джед МакКенна"Духовное просветление: прескверная штука"

Vitam impendere vero.

Посвяти свою жизнь истине.

Ювенал

1. То, что не может быть проще

Останься со мной день и ночь,

и ты постигнешь источник всей поэзии.

Уолт Уитмен

Закончив перечислять огромное число аспектов своего духовного путешествия, она смотрела на меня в ожидании ответа – с надеждой на одобрение, возможно даже на похвалу. Мне не очень-то нравится разбивать надежды красивых молодых девушек, но такая уж моя работа. Я – просветлённый.

– Итак, причина всего того, чем ты занимаешься, – я считал по пальцам, – медитации, молитвы, песнопения, йога, вегетарианство, посещение даршанов и сатсангов с просветлёнными существами, пожертвования в «Гринпис», «Международную амнистию» и «Свободный Тибет», чтение классической духовной литературы, очищение тела, воздержание от секса и так далее. Причина всего этого – в чём?

Она уставилась на меня в молчании, словно ответ был слишком очевиден, чтобы его излагать, но его необходимо изложить. Я хочу видеть его здесь, перед нами, чтобы мы могли изучить его, поиграть с ним нашими остроумными мозгами.

– Ну, знаете, – начала она, всё ещё не веря, что я действительно хочу, чтобы она объясняла что-то очевидное, – духовный рост, наверное. Я бы хотела, э-э, знаете, стать лучше, научиться глубоко любить и, ну, повысить свою вибрационную… ну, вы знаете.

Я настаивал на каждом слове.

– Свою вибрационную что?

– Э-э, частоту? Я бы хотела, знаете, повысить свой уровень сознания, чтобы лучше контактировать с, ну, моим внутренним «я», моим высшим «я». Я хочу открыться божественной энергии, которая, знаете, везде.

– О, окей. Зачем?

– А?

– Зачем?

– Зачем что?

– Зачем всё это? Зачем ты хочешь повысить свои уровни, контактировать, открыться и прочее?

– Ну, вы знаете… духовное, э-э, просветление.

Аххххх…

– Окей, это и есть причина? Ты хочешь стать просветлённой?

Она смотрела на меня, как будто это вопрос с подвохом, но нет – это главный вопрос. Что ты делаешь? Зачем ты это делаешь? Куда это направлено? Если ты знаешь, тебя ждёт успех. Если нет, то нет. И это не просто красивые слова, это закон.

– Да, наверное, так.

Я утешительно улыбнулся.

– Хорошо. Значит, ты занимаешься всем этим потому, что хочешь достичь духовного просветления. Я правильно выразился?

Пауза.

– Да… наверно.

– Хорошо, давай немного поговорим об этом и посмотрим, сможем ли мы что-нибудь прояснить. Как ты думаешь, что такое духовное просветление?

Она снова уставилась на меня широко открытыми глазами, но теперь в них прокралась тень замешательства. Минуту назад это казалось таким очевидным, что не требовало объяснений. Теперь же, стало немного туманным.

– Э-э, ну, это как Бог… божественный разум… единство, знаете, единое сознание?

Вот так всегда с новыми студентами. Они исполняют роль студентов, я исполняю роль учителя. Я никогда не знаю наверняка зачем они пришли и когда уйдут. Весь процесс приводит в равной мере к завершению и к разочарованию. Я говорю, они слушают. Они спрашивают, я отвечаю. Я высказываюсь, они… кто знает? … они что-то делают.

То, как воспринимаются мои слова, и что с ними происходит после того, как они покидают мои уста, находится вне моего контроля. Я говорю, вот и всё. Слова текут, словно песня, и это утешает меня. Это моё дело. Кивать головой и сохранять выражение лица, изображающее интерес и восприимчивость, это её дело. Я направляю своё внимание на слова и на то, как они выражают скрытые за ними мысли. Было бы приятно думать, что мои слова щёлкают в её уме, как костяшки на счётах, но я знаю, что это не так, и не беспокоюсь по этому поводу. «Действуй, но не беспокойся о плодах своих действий», сказал Кришна Арджуне.

– Это очень просто, – сказал я ей. – Просветление это реализация истины. А истина не просто проста, она – то, что не может быть проще, не может быть более упрощено.

По её выражению лица я понял, что это нас никуда не привело. Моя вина. Между нами на столе лежало издание Гиты, и я открыл его на удачу, с намерением найти подходящий к нашему предмету отрывок.

Это всегда срабатывает. Моё существо прониклось благодарностью, когда я читал ей слова Кришны:

«Я Время, неотвратимый убийца, пришёл, чтобы свершить предназначенное людям. Воины враждебных армий, выстроившиеся в боевом порядке друг напротив друга, уже мертвы, не зависимо от того, подашь ли ты сигнал, или удержишь руку.»

Я замолк, смысл слой за слоем проникал в меня, и благодарность вызвала лёгкое волнение в груди. «Прекрасно, – подумал я, – прекрасно, прекрасно, прекрасно.»