Души человеческие: "чёрный меч" (СИ)

Если под ногами всё ещё сохраняется гранит, то большая часть покрытия превратилась в поле выбоин, трещин и царапин. Тут и там можно заметить деревянные и фанерные настилы на местах, где вырваны особо огромные куски. Вместо роскошных и приятных ламп с потолков свисают на тонюсеньких проводах грушеподобные «светила», нагоняющие тоску. Всё пространство уставлено столами и стульями разных мастей и видов — круглые, квадратные, прямоугольные треугольные, из дерева, пластика или ДСП — неважно. За долгие года его существования главным было набить помещение хоть какой-нибудь мебелью.

Некогда он мог гордиться прозрачной передней стенкой, обращённой ко внутреннему двору, символизирующую полную открытость. Но года беспокойного кризиса сделали своё — её нет уже пару столетий, а вместе стекла компиляция кирпичей и жести с прорезями для окон.

— О, как несёт из кухни. Они там решили резину отварить, кашевары грёбанные?

Йозеф повертел носом, чувствуя такие ядрёные запахи, от которых можно протрезветь. Туча специй смешивались с химикатами для дикого усиления вкуса, на кухне варили, жарили и парили всё, что можно приготовить — от насекомых и клейстера до чего-то сносного. Это порождало мощнейший смрад.

— Вот видишь, а ты говорил, что здесь нет северного пива, — отпил из большой пластиковой кружки мужчина с кожей, отдающей бронзой. — А ведь хорошие посиделки тут нам устроил, на свои гроши-то, — широкая улыбка украсила суровое сухое лицо наёмника, который нарядился в кожаный жилет на голый торс, чёрные штаны и ботинки.

— Румо, чёрт несчастный, ведь не нужно было на паренька так давить, — усмехнувшись и потерев загорелые ладони, говорил хорошо сложенный мужчина в бежевой рубахе поверх светлых джинсов. — Мы бы могли просто в казарме поседеть своими. Комбат же не зверь, дал бы добро.

— А как же старые армейские традиции, Дьяко? Их нужно соблюдать.

— Так и иди в армию. Сейчас Ковенант ни от кого не отказывается, гребёт всех подряд.

— Там платят плохо. А помирать за сущую пыль я не хочу, да и что там делать наёмнику? В наряды ходить да толчки драить, чтобы потом быть брошенным в долбанную мясорубки ушлёпком-полканом, который решил выслужиться и ради блестяшки на груди? Да нахер оно мне нужно!

— Тогда не гунди.

Паренек, на которого были направлены колкие речи Румо, осмотрелся. Из своего отделения Йозеф тут видел своего командира, который особо пристрастился к вину и сушёной рыбе, приправленной настолько реактивной дрянью, что её вонь перебивает запахи немытых дел и грязной одежды от посетителей. Сам Румо, едва ли не обнявший кружку с миланским пивом и прикончивший уже две. А так же ещё пара человек, которые смогли прийти, ибо часть подразделения была отправлена как усиление полицейских кордонов на север. Кто-то донёс, что пара банд решила поживиться в деревнях, и нужно было предпринимать меры.

— Где же твоя Аэлет? Я надеюсь, она приведёт подружек, — фыркнул Румо.

Словно бы отвечая на претензии и вызов мужика двери распахнулись и в местечко вошли две дамы. Йозеф сразу бросил на них взгляд, находя девушек очень привлекательными.

Аэлет шла вместе со своей подругой, её темные пальцы обхватили светлую ладонь среднего роста белокурой европейки. Обе они одеты весьма практично — свободные светлые штаны чуть накрывали сандалии, на обоих тёмного цвета жакеты. Только тёмные волосы Аэлет распущены и разливаются по спине наподобие водопада, а вот русая копна её знакомой собрана в шишку.

— Я всегда говорил, что она — розовенькая, — Румо покачал головой, впившись глазами в них. — Да вся Компания об этом знает.

— Тише, друг, — чуть улыбнулся рекрут, выпрямив спину, — не напугай девушек.

За ними вошла ещё одна девушка, отстранённо и даже немного смущённо держась за Аэлет и её подругой. Высокая прекрасная дама могла похвастаться прекрасной утончённой фигурой, словно бы её высек сам Небесный Ювелир с непреложным мастерством и совершенством. Осторожно проходя между столиками, являя мягкость походки, она привлекла внимание всей мужской части своим видом. Цвета вороньего крыла волос обрамлял аккуратное и чудесное лицо, опускаясь практически до пояса, отличаясь крупными плетениями и парой светлых прядей. Йозеф посмотрел её в широкие цветошоколадные глаза, но не выдержал глубины и пронзительности взгляда. Даже в приглушённом свете отлично виднеется её загоревшая медноватого оттенка кожа оголённых стройных длинных ног, изысканных рук. Кожаный топик с сумкой через плечо, мини-юбка, обшитая угольным мехом вульфсина[1] и сапоги — вот вся её одежда. Опустив взор, парень на её голенях приметил зампысловатые татуировки.

— Ну, здравствуйте! — обрадовался Румо, когда девушки подошли к столику и заняли места. — Как мы рады вас видеть.

— Ох, как ты оживился, — хлопнул в ладоши Дьяко, — прям как таракан на кухне. Только с ума не сходи.

Теперь за столом восемь человек.

— А это кто? — капрал посмотрел на высокую девушку с интересными плетениями в волосах. — Что-то я её раньше не видел в Компании.