Двор и царствование Павла I. Портреты, воспоминания

Гавриил Иванович дал детям европейское образование. Его сын Александр с малых лет был отличен Петром I и отправлен в Берлин в Академию Наук, основанную королем Фридрихом I и считавшуюся одним из лучших учебных заведений. Женился Александр Гавриилович по протекции Петра на богатейшей графине Дона, происходившей из знатного прусского рода.

Александр Гавриилович справедливо относили к числу наиболее просвещенных русских людей своего времени, что сыграло роль при определении его на дипломатическую работу. На протяжении всей своей почти полувековой служебной деятельности он представлял Россию в качестве посланника при прусском королевском доме в Берлине, французском — в Париже. На посту чрезвычайного и полномочного посла в Гааге его коснулась царская опала, постигшая его сестру Анну Гаврииловну, обвиненную в заговоре против императрицы Елисаветы Петровны (так называемое «политическое дело» Лопухиных). Более всего его положение ухудшилось после падения его покровителя канцлера А. П. Бестужева-Рюмина. Несмотря на приказ императрицы вернуться в Россию, Александр Гавриилович из опасения разделить участь брата Михаила Гаврииловича, сосланного в Сибирь, отказался подчиниться, остался в Гааге, где и скончался.

Судьба другого сына Гавриила Ивановича — Михаила сложилась более драматично. Пользовавшийся большим влиянием при правительнице Анне Леопольдовне, он был назначен кабинет-министром и вице-канцлером по внутренним делам. Однако после дворцового переворота 1741 г., приведшего на престол Елисавету Петровну, как доверенное лицо Анны Леопольдовны был обвинен в государственной измене и приговорен к казне, замененной ссылкой в Якутию, где и умер. Подробности ареста графа Михаила Гаврииловича, случившегося в день именин его жены Екатерины Ивановны, достойно разделившей его участь, описаны в специальной, тому посвященной книге[6]

. Екатерина Ивановна имела возможность поступить иначе. Несмотря на то, что она приходилась двоюродной сестрой Анне Леопольдовне, императрица Елисавета Петровна зла на нее не держала и предлагала остаться при дворе, сохранив за ней звание статс-дамы. Екатерина Ивановна этим предложением пренебрегла, и последовала за мужем. Все имущество Головкиных, «до последней мелочи», было тщательно описано и конфисковано. Так начались потери фамильного архива Головкиных.

Из 25 детей Александра Гаврииловича, в большинстве своем умерших в младенчестве, в Россию вернулся Юрий Александрович, и, потому, не случайно, Александра Гаврииловича считают родоначальником заграничной ветви Головкиных. Это дало возможность злоязычному мемуаристу Ф. Ф. Вигелю высказаться следующим образом: «Кажется, все потомство бывшего при Петре Великом первого графа Головкина, Гавриилы Ивановича, поселилось за границей, не отказываясь, однако же, от русского подданства и, не знаю по какому праву, продолжая владеть имениями в России и пользуясь с них доходами»[7]

.

Юрий Александрович, у которого, по мнению Вигеля, не было ничего русского, кроме имени, явился ко двору Екатерины II. Был приближен. Императрица женила его на дочери своего любимого обер-шталмейстера Льва Александровича Нарышкина. Наблюдавший Головкина достаточно близко, Вигель составил его портрет — человека с поверхностными познаниями, который оставался «настоящим дореволюционным французом, сохранив до глубокой старости всю их любезность, их самонадеянность и легкомыслие»[8]. Карьера Головкина развивалась успешно как по линии придворной (камергер, обер-церемониймейстер), так и государственной службы (сенатор, действительный тайный советник). К 1805 г. он возглавил посольскую миссию в Китай. Помимо дипломатических задач, ему, по пути продвижения через сибирские просторы, поручалось проверить дееспособность тамошней администрации. Как говорилось в высочайшем рескрипте сенатору графу Головкину: «В числе затруднений, кои издавна встречаемы были в лучшем образовании губерний, одно из главнейших состояло в недостатке там способных и надежных чиновников. Ябеда и корысть нижних исполнителей нередко ниспровергали там лучшие начинания начальства»[9]. Посольство закончилось неудачей, об этом много судачили и писали, и, конечно же, более всего Юрию Александровичу досталось от Вигеля, бывшего участником этого посольства и отозванного раньше других.