Дырка для ордена

Или же, в другом варианте, вывезти изобретателя в одно из абсолютно закрытых теократических княжеств Ближнего Востока или Северной Африки, недоступных для европейцев. Там бы он смог творить совершенно спокойно. Но – сидя на цепи. В переносном, а то и буквальном смысле.

По каким-то причинам такой вариант Кулибина не устраивает. Вот он и смолчал.

Но он же не может не понимать, что в таком случае подставляет себя под удар уже с другой стороны?

Либо этот вариант для него предпочтительнее, либо он уверен по каким-то причинам, что те, кто подменил «запал», на него не выйдут ни в коем случае.

Впрочем, пока это не имеет существенного значения. Ответ Тарханов получит позже, на следующем этапе операции.

А вот о системе охраны или наблюдения за объектом подумать стоит. Трудно представить, что он трудится совершенно бесконтрольно. Наблюдение за ним и прикрытие организовать крайне просто.

Вот этот мастер-шашлычник, например, разместивший свое заведение напротив ресторана. На вид – карачаевец, но может быть и турком, и арабом, и курдом. С его возвышенного над поляной помоста отлично видны подходы к объекту, обе дороги, стоянка для машин и автобусов.

Под предлогом сбора дров может свободно бродить по лесу, связники могут посещать его в любое время под видом клиентов или поставщиков мяса, лавашей, зелени. В случае необходимости можно подтянуть и боевиков почти в любом количестве. Никого не насторожит и десяток, и два крепких восточных парней, решивших перекусить на природе.

Почти то же самое относится и к охранникам автостоянки, и официантам ресторана.

Обвешанный принадлежностями фотограф тоже выглядит подозрительно. В большой павильонной фотокамере можно спрятать хоть передатчик дальновизора, хоть автоматический гранатомет.

Так это или нет, Тарханов пока не знал, но с оперативной точки зрения место для объекта выбрано идеальное.

Впрочем, верна и обратная теорема. Ровно те же преимущества позиция предоставляет и контрразведке.

Кстати, хороший тренинг для бойцов может получиться. Вот он и посмотрит, как ребята умеют оценивать театр предстоящих действий и использовать плюсы и минусы местности.

Вдруг, без всякой связи с предыдущим, в голову ему пришла интересная мысль. Касающаяся разговоров с Ляховым и вчерашних с Розенцвейгом.

Насчет сбоя в причинно-следственных связях, якобы начавшихся в последнее время.

Он решил провести некий эксперимент.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

Было уже поздно. Почти одиннадцать. Тарханов, еще не собираясь спать, остановился у киоска напротив гостиницы, чтобы купить сигарет. А потом он собирался подняться к Эоловой арфе и посидеть там, глядя на огни ночного города. Как любил это делать в незапамятные времена. Хотя такие близкие..

Он мог бы озаботиться приобретением курева раньше или позже, торгующих ночью ларьков и магазинов по его пути было достаточно.

Или вообще у него оказалась бы в кармане полная пачка сигарет. Но тогда не случилось бы того, что случилось.

Случайность, писал Энгельс, – это непознанная необходимость.

Он раскупорил пачку, щелкнул зажигалкой.

– Сергей, – услышал он за спиной женский голос. Здесь его никто не мог так назвать. Он не обернулся.

– Сергей! – повторился оклик. На улице больше не было никого, кроме него, поэтому теперь поворот головы выглядел совершенно естественным. Просто стало интересно, кто это там зовет и кого?

Шагах в пяти позади него стояла молодая женщина в узком брючном костюме. Свет желтых плафонов, проходящий сквозь густую зелень деревьев, не позволял угадать его цвет.

– Ты что, не узнаешь меня?

О боги! Он, конечно, узнал ее сразу. Хотя и не видел уже восемь лет.

Значит, сумасшедший, бессмысленный по определению эксперимент все же удался. Такой же безнадежный по замыслу, как задача найти на протяжении двух кварталов оброненную в прошлом веке на тротуар царскую золотую десятку.

– Извините. Не имею чести быть знакомым.. – радушно улыбаясь, ответил Тарханов. Ну, обозналась девушка в полумраке, ну, с кем не бывает.

А сам внимательно вглядывался в ее лицо и фигуру. Да, она. И очень мало изменилась. Как, наверное, и он, если она его окликнула.

Ответ Тарханова подействовал на нее обескураживающе.

– Но как же?.. – растерянно спросила женщина, останавливая направленное к нему движение.

Действительно, положение у нее сложилось неприятное. Любой человек чувствует себя неудобно, обознавшись. Даже если просто поздороваешься на ходу не с тем человеком. А уж если заговоришь..

Сергей видел, как пристально она всматривается в его лицо, наклоняя голову то вправо, то влево, чтобы свет падал удобнее.

– Вы правда не Сергей? Не Тарханов? – нерешительно, но и с надеждой спросила она.

– Увы, нет, к моему глубокому сожалению. Я вам напомнил вашего знакомого?

– Да.. Нет, ну не может же быть! Такое сходство. И голос. Сергей, перестань. – Она сказала это и посмотрела на Тарханова умоляюще.

Чувствуя себя мерзавцем, он сочувственно улыбнулся.

– Милая дама, вы действительно ошиблись. Убедитесь, пожалуйста, – он вытащил из внутреннего кармана служебное удостоверение и протянул ей.