Дырка для ордена

Тарханов не знал, о чем думает Татьяна, он просто видел, что она нервничает, но пытается держаться свободно.

Надо ее разговорить, пусть она выпьет пару рюмочек, расслабится, успокоится.

Что-то у нее в жизни не сложилось, черт его знает, может, и по его вине. Пусть и расстались они спокойно, без слез и долгих разговоров.

Он, закончив училище, жениться не имел в виду, она тоже эту тему не затрагивала.

«Спасибо за все, что было, и прощай..» Скорее всего, она, девушка из ПГИИЯ[41], тоже не видела себя женой подпоручика из слишком уж беспокойных войск.

Они там все ставили себя высоко, двадцатилетние красавицы из элитного института в провинциальном городе. И мыслили себе судьбы возвышенные, слишком их баловали вниманием богатые курортники и иностранные туристы, тоже не из простых буржуа, раз приезжали за впечатлениями именно на Кавказ. Как минимум Лермонтова и Толстого читали.

Кому-то из них действительно везло, но большинству – нет.

Татьяне, похоже, повезло не слишком.

Она это тут же и подтвердила, слово за слово рассказала о своей вполне обычной судьбе. Лет до двадцати пяти все надеялась встретить принца на алых парусах, а потом вдруг догадалась, что поезд как бы и ушел. И вот уже четвертый год работала гидом-переводчиком в туристическом агентстве, ни на что особенно не расчитывая.

Хотя нет. В любой ведь момент может встретиться человек..

Сказала это и смолкла. Сообразила, что ее слова могут быть восприняты Арсением неправильно.

Он сделал вид, что ничего не заметил, и пригласил Татьяну танцевать.

Что интересно, он вдруг начал ощущать себя действительно всего лишь двойником неведомого ему Сергея Тарханова. Впрочем, в какой-то мере так оно и было. Он вспомнил себя в те годы и усмехнулся.

Время подходило к часу ночи, но расставаться не хотелось. Татьяна больше всего боялась сейчас, что Неверов допьет последнюю рюмку, встанет и проводит ее до такси. Она уже начала думать, нет ли способа деликатно намекнуть на желательность следующей встречи. Ну, хотя бы предложить ему принять участие в экскурсии по лермонтовским местам, которую она будет проводить для группы туристов из Франции.

Сергей ей помог.

– Татьяна Юрьевна, – тихо и как бы нерешительно сказал он. – Не поймите меня превратно, но.. я бы хотел увидеть вас еще раз. Не могу согласиться, что, случайно встретившись, мы уже не случайно расстанемся навсегда и я вас больше не увижу. А мне этого очень бы не хотелось.. – Он замолчал и начал прикуривать, отвернув лицо в сторону.

И он ведь не играл сейчас. Ему и в самом деле жаль было расставаться с ней.

Связь с Владой перспектив не имела, Сергей давно это понял. Не потому, что у нее было соответствующее прошлое. Как раз это его не волновало. Дело в том, что ее профессия была не вынужденной обстоятельствами, а выражала ее внутреннюю сущность. Такие женщины, как Влада, просто не созданы для нормальной семейной жизни. Слишком в ней мало для них остроты. Вот если бы они оба служили в отряде «Печенег», тогда другое дело.

А вот Татьяна похожа на женщину, которая сможет создать прочный тыл и уютный дом возвращающемуся с войны солдату. Спокойна, умна, красива и знает цену одиночеству.

«Эк ты далеко замахнулся, братец, – подумал Тарханов. – Не слишком ли легко попался на крючок тоскующей дамочки?»

И ответил себе, что нет. Во-первых, пока не попался, во-вторых, нынешняя встреча отнюдь не разрушила того впечатления, что у него сложилось еще весной и летом девяносто седьмого года. А в-третьих, как говорил один восточный мудрец: «Верь незнакомому, ему нет корысти обманывать».

Их теперешний разговор слишком похож на разговор случайных попутчиков в купе поезда дальнего следования.

Татьяна не ответила сразу. Попросила у Тарханова сигарету, первый раз за вечер. Только после нескольких затяжек, которые она сделала, не отрывая глаз от рубиновых огней на радиорелейной мачте, венчающей вершину Машука, сказала:

– Я вас понимаю правильно. Завтра я допоздна занята. По работе. А вот во вторник.. Позвоните мне, если захотите. Запишите мой телефон.

– Зачем же телефон. Не нужно. Это вы как бы намекаете. Если захотите.. Зачем же? Я ведь не досужий малолетний ухажер. Давайте проще. Послезавтра в восемь вечера я вас жду прямо напротив входа в Цветник. И никаких «если».

Вечером следующего дня приехал Кедров во главе передового отряда бойцов. Перемену в их служебном положении кавторанг воспринял спокойно. Точнее, делал вид, что ровно ничего не случилось. Совершенно с тем же невозмутимым видом он принимал указания и приказы Тарханова, как раньше их отдавал. И тому, что полковник оказался на месте раньше его, он не стал удивляться.

Раз начальник принял такое решение, значит, так тому и быть.

Как и собирался, Тарханов вначале выслушал принципиальный план операции, разработанный Кедровым. Он отличался предельной простотой и, в принципе, имел все шансы на успех. Только не хватало в нем чего-то.