Дзержинский. От «Астронома» до «Железного Феликса»

Ленин был крайне недоволен ситуацией. Сталин в телеграмме Орджоникидзе даже писал, что Ленин взбешен[1178]. Он требовал его информировать обо всех фактах инцидента. Председателем специально созданной Политбюро по этому поводу комиссии был назначен находившийся на Северном Кавказе Дзержинский[1179]

. Вопрос о создании и составе комиссии еще был решен 25 ноября, о чем тогда и сообщил Дзержинскому своей телеграммой Сталин. Дзержинский получил телеграмму на следующий день[1180]. Комиссия, рассмотрев инцидент, приняла сторону Орджоникидзе, считая, что у него было основание ответить на оскорбление. Ленин, усмотрев возможность сговора, потребовал предоставить ему все документы комиссии, включая заявление пострадавшего Кабахидзе. Обратился он в РКИ к Сольцу. В ответ Сольц сообщил Ленину о пропаже заявления Кобахидзе в ЦКК и наличии объективного мнения Рыкова об оскорблениях Орджоникидзе со стороны Кобахидзе[1181]

. Тем самым Сольц подтверждал Ленину (через Фотиеву) выводы комиссии Дзержинского.

Следует, однако, отметить, что «пропажа» документов под вопросом. Дзержинского и Сольца слишком многое связывало. Не только Сольц, но Дзержинский часто поддерживал Сольца. Наиболее известна ситуация с арестом Сольца московской милицией. Однажды Сольц ехал на трамвае на заседание ЦК. По одной из версий, он забыл взять билет, по другой, у него сначала произошел конфликт с пассажиром и только потом с кондуктором. Во время выяснения отношений с кондуктором Сольц неоднократно был оскорблен последним «жиденышем», «пархатым стариком» и т. д. Возмущенный Сольц потребовал вызова милиционера. Однако тот встал на сторону кондуктора, присоединившись к оскорблениям Сольца. Он арестовал Сольца и привел в отделение милиции. Здесь словесные оскорбления в адрес Сольца были продолжены. Дежурный милиционер, признал, что милиционер нехорошо выразился про «жида», но вот оскорблять красных милиционеров никому нельзя. Сольцу было отказано во встрече с начальником отделения и его отправили в тюремную камеру. Отказано Сольцу было и в звонке Дзержинскому. Только после того, как Сольц показал свое удостоверение члена ЦК, Дзержинскому позвонили. Прибывший через 20 минут Дзержинский освободил Сольца и приказал заколотить помещения отделения досками. В этот же день ОГПУ был отдан приказ о ликвидации данного отделения милиции с увольнением всех его членов. Очевидно, что в данном происшествии сказывалась не только нетерпимость Дзержинского ко всякого рода проявлениям национализма, но и особые отношения с Сольцем, которого он считал подлинным революционером и своим близким товарищем[1182]. Так или иначе, документы затерялись и Ленин мог только возмущаться «великодержавностью» Сталина, Орджоникидзе и Дзержинского, написав впоследствии даже специальную статью по этому поводу.

Скоро будет созван I съезд Советов СССР. На нем Дзержинский был избран членом ЦИК СССР. Как делегат съезда он голосовал 30 декабря 1922 г. о создании СССР[1183]

.

Начало внутрипартийной борьбы

В начале 1923 г. стало ясно, что здоровье В. И. Ленина оставляет мало надежд на возможность его участия в работе XII съезда партии. Перенос съезда на более поздние даты уже мало что давало. Поэтому было принято решение провести съезд впервые без ленинского участия в апреле 1923 г. 8 марта Политбюро по предложению Сталина отсрочило начало съезда на 15 апреля[1184]

.

Практически в этот период власть сосредоточилась в рамках «тройки» Политбюро: Сталин — Зиновьев — Каменев. Троцкий в этот период еще игнорировал угрозу своим позициям, считая, что у него есть поддержка, как в армии, так и в органах госбезопасности. Опасаясь обвинений во фракционности (запрет фракций в партии был принят еще Х съездом РКП(б)), Троцкий в период перед съездом не принял никаких мер для того, чтобы укрепить свои позиции. Будучи последовательным, решительным и непримиримым в борьбе против классовых врагов (это наглядно продемонстрировали события Октября 1917 г. и гражданской войны), Троцкий не проявлял тех же качеств во внутрипартийной борьбе, часто занимая пассивную позицию, даже в защите своих сторонников. Троцкий упустил инициативу и ряд иных благоприятных возможностей, открывавшихся перед ним весной 1923 г. Так, он отказался выступить с политическим докладом на XII съезде партии, который проходил в Москве 17–25 апреля 1923 г. Доклад ЦК на съезде было поручено сделать Зиновьеву и Сталину, что усиливало их позиции в глазах среднего партийного звена. Троцкий на съезде ограничился выступлением о состоянии промышленности.

Дзержинский также участвовал в работе XII съезда РКП (б). На съезде он был вновь избран членом ЦК РКП (б). 26 апреля 1923 г., с подачи Сталина, Дзержинский был утвержден представителем ЦК РКП (б) в Центральную Контрольную Комиссию.