Дилго Кхьенце Ринпоче, Оргьен Тобгьял Ринпоче

Джамьянг Кхьенце Чокьи Лодро. Жизнь и эпоха

Предисловие

В биографии Джамьянга Кхьенце Чокьи Лодро, составленной Дилго Кхьенце Ринпоче, который являлся его учеником, есть один примечательный эпизод. Речь идёт о том, как в возрасте пятнадцати лет Чокьи Лодро прибыл в монастырь Дзонгсар, основную резиденцию его предыдущей реинкарнации – Джамьянга Кхьенце Вангпо (1820–1892). Помещение, в котором ему предстояло поселиться, носившее название «Сад бессмертия», было хоть и небольшим, но обладало особой атмосферой благословения, поскольку именно в нём Кхьенце Вангпо провёл последние годы своей жизни, медитируя, наставляя учеников и давая им посвящения. Когда молодой тулку оглядывал свою будущую комнату, его учитель Кхатог Ситу (1880–1925) указал жестом на трон Кхьенце Вангпо и положил перед ним подушку для молодого тулку. «Было бы неправильно, если бы ты сразу уселся на трон великого Кхьенце Вангпо, – сказал Ситу. – Это было бы всё равно что пустить пса спать на кровать».

Само сиденье было простым и непритязательным, но, вне всякого сомнения, это был настоящий трон – символ длительного пребывания в этом месте самого Кхьенце Вангпо, несущий на себе печать его духовной силы. Того, что Чокьи Лодро был признан его реинкарнацией, было недостаточно. Ему предстояло доказать своё право занять это великое священное место. Тот факт, что ему удалось это сделать в довольно короткое время, не должен вводить нас в заблуждение по поводу того, насколько сложной была эта задача.

Джамьянг Кхьенце Вангпо был великим лидером, который стал вдохновителем и наставником для целого поколения духовных искателей. Вместе с Джамгоном Конгтрулом Лодро Тхае (1813–1899) и другими единомышленниками он способствовал трансформации духовной жизни в Кхаме (регион Восточного Тибета), распространяя движение риме

(внесектарный подход к Дхарме), которое Джин Смит позже назвал «лучшим украшением» эпохи возрождения Дхармы XIX века. Кхьенце Вангпо был признан перерождением одного из малоизвестных мастеров школы сакья, которая позже всех других школ приняла систему перерождающихся тулку. Он обучался у ста пятидесяти мастеров всех традиций. Ещё в молодости он совершил путешествие по Тибету, пытаясь получить как можно больше редких исчезающих учений. Вернувшись из путешествия, он занялся составлением сборников полученных учений, издавая их в виде больших коллекций текстов, что позволило бы сохранить эти драгоценные аутентичные источники. Он и сам был достаточно плодовитым автором, и в наши дни широкой известностью пользуются его многочисленные молитвы устремления, ритуальные тексты и наставления по медитации, подробные энциклопедические комментарии, исторические очерки о тибетской традиции Дхармы, а также о святых местах и монастырях. Помимо этого он являлся открывателем сокровищ терма, включая те из них, что были обнаружены им вместе с другими тертонами, в том числе Чокгьюром Деченом Лингпой (1829–1870). Эти терма стали источником многих популярных ритуалов, а сам Кхьенце Вангпо был признан одним из пяти великих тертонов Тибета.

К концу своей жизни у Кхьенце Вангпо было несколько десятков близких учеников, следовавших разным традициям. После его паринирваны было обнаружено семь перерождений, что само по себе служит знаком его духовной силы и влияния. Частично такое необычное множество перерождений объяснялось тем, что несколько его ближайших учеников распознали перерождение своего учителя одновременно. Вполне логично, что тот тулку, который оставался в монастыре Дзонгсар, обладал особым статусом. Однако ситуация сильно усложнилась, когда тулку, считавшийся в монастыре официальным, – Джамьянг Чокьи Вангпо – неожиданно умер во время своего пребывания в монастыре Дзогчен в 1908 году (по некоторым источникам – в 1909-м).

Это трагическое событие привело к тому, что Кхьенце Чокьи Лодро – тулку, который изначально должен был принять на себя заботу об одном из близлежащих монастырей провинции Кхатог, прибыл в монастырь Дзонгсар. Подобная замена у многих вызывала вопросы, поэтому Кхатог Ситу не особенно торопился отправить мальчика в дорогу. Однако он всё же сделал это, следуя уговорам своего двоюродного брата Келсанга Дордже, который являлся хранителем сокровищницы Кхьенце Вангпо. Он сильно болел и был практически на пороге смерти, поэтому решил обратиться к Кхатогу Ситу и написал ему письмо, в котором выразил опасения, что смерть Джамьянга Чокьи Вангпо и его собственная кончина могут привести к тому, что в монастыре Дзонгсар больше не будет линии Кхьенце Вангпо. Приводя в качестве аргумента самайю, связывавшую их с общим учителем, он фактически не оставил Кхатогу Ситу выбора. Так сложилась ситуация, когда Кхьенце Чокьи Лодро был вынужден стать основным тулку Кхьенце Вангпо в монастыре Дзонгсар, будучи человеком «со стороны».