Джамьянг Кхьенце Чокьи Лодро. Жизнь и эпоха

Эту статую Тары до сих пор можно увидеть в монастыре Дзонгсар, однако Таши Намгьял говорил мне, что теперь она выглядит совсем не так, как в былые времена, и порой даже не верится, что это та же самая статуя.

КРАСНЫЙ ПОЯС СИТУ РИНПОЧЕ

Гонгна Тулку рассказывал мне, что члены клана Трепа Цанг подарили ему однажды длинный красный пояс, который раньше принадлежал Кхатогу Ситу. Трепа Цанг получил его, когда клан ещё поддерживал дружеские отношения с монастырём Кхатог. Взволнованный своим новым приобретением, Гонгна Тулку не смог удержаться от того, чтобы не похвастаться Ринпоче, и тут же помчался к его дому.

– Где пояс-то? – спросил его Ринпоче. – Дай-ка поскорее на него взглянуть! Нужно убедиться, что он действительно принадлежал Кхатогу Ситу.

Гонгна Тулку передал Ринпоче пояс, и тот тщательно его изучил, даже понюхал.

– Да! Это действительно запах Ринпоче. И знаешь что? Мне этот пояс действительно пригодится, а тебе от него едва ли будет какой-то прок.

За изголовьем своей кровати Ринпоче хранил деревянные сундуки. Он попросил Гонгна Тулку открыть один из них и положить пояс рядом с портретом Кхатога Ситу. Тот так и сделал, и выяснилось, что пояс идеально уместился в указанном месте. После этого Ринпоче собственноручно закрыл сундук на ключ.

– И я не смог ему ничего возразить, – с печалью в голосе завершил свой рассказ Гонгна Тулку.

ШУТНИК

Через год после того, как был достроен новый дом лабранга, умер один из жителей деревни. Его тело в соответствии с обычаями отнесли на кладбище, и сразу же после этого по деревне поползли слухи, что стервятники даже не тронули плоть и что труп начал снова ходить. Людей объял настоящий ужас. Дни шли, а в деревне говорили лишь об этом трупе, о том, что в него вселился злой дух.

Эти слухи обеспокоили даже Ринпоче. Об этом можно было судить хотя бы по тому, что, отправившись в очередной раз ночью на улицу справить малую нужду, он позвал с собой помощника с фонарём, а чтобы тот не нарушал подобающего такому процессу уединения, Ринпоче попросил его посветить, но самому при этом отвернуться.

Чтобы слегка приободрить Ринпоче и отвлечь от мрачных опасений, Чоклинг Ринпоче решил его развеселить. Он отковырял от порога своего дома увесистый кирпич и показал Ринпоче:

– Теперь-то мы в полной безопасности. Смотри, какой у меня кирпич!

– Кирпич? – неуверенно переспросил Ринпоче. – Как же защитит нас от злого духа обычный кирпич?

– А он если сунется, я как тресну ему кирпичом! – пообещал Чоклинг Ринпоче.

Тут Ринпоче начал хохотать, да так, что никак не мог остановиться. Его так развеселила шутка Чоклинга Ринпоче, что он с тех пор всем рассказывал про этот разговор, каждый раз заливаясь смехом: «Нет, ну вы можете себе это представить?! Наш Чоклинг Тулку всегда готов к решающей битве со злом! Если на нас вдруг нападут злые духи, он враз их всех сокрушит своим… кирпичом! А-ха-ха!».

7. Летний походный лагерь

Когда в долинах вокруг монастыря Дзонгсар начинала зеленеть трава, Ринпоче и его помощники по своему обычаю начинали собираться в летний поход. Ринпоче любил походы и пикники. Он ставил палатку ниже Дзонгсар Таши Лхаце, около леса на другой стороне от Буйо, и оставался там по две недели. Даже если снова начинал идти снег и его палатку прилично засыпало, он всё равно предпочитал не возвращаться в монастырь.

Из Таши Лхаце Ринпоче мог отправиться к горе Пхума, а оттуда в Допу, где к его отряду присоединялось множество новых людей, порой так много, что приходилось разбивать палатку гораздо большего размера. Из Допу Ринпоче отправлялся через перевал в Сенгур Юцо, а затем через ещё один перевал в Пема Шелпхуг, где оставался около двадцати дней, чтобы приготовить торма и сделать другие приготовления. Иногда он мог провести целый месяц в одной из здешних пещер, в то время как все его спутники жили в походной кухне чуть ниже по склону. И поскольку от воды из ручьёв со склонов Пема Шелпхуг Ринпоче становилось плохо, то помощникам приходилось ходить за водой к самому подножию горы.

ТИЛЕЙ

Это может показаться странным, но Ринпоче довольно серьёзно относился к страшным и необычным историям и часто искренне принимал их за чистую монету. А подобных историй в Тибете всегда было предостаточно. Например, ходила байка об одной старухе, которой во сне куница откусила нос. Этот вид куницы в Деге называют тилей.

Однажды, находясь в летнем походном лагере в Допу, Ринпоче заметил, что пропал матерчатый полог, закрывавший одно из окон палатки. Он спросил одного из помощников, который как раз в этот момент принёс ему чай, что случилось с пологом. Тот ответил, что, скорее всего, полог сорвало и унесло ветром. Ринпоче тут же потребовал, чтобы окно безотлагательно завесили новым пологом. Пришёл Чагдзо с куском плотной материи и закрепил на окне новый полог смесью клея из муки и отвердителя. Примерно через час Ринпоче решил проверить, как идут дела с ремонтом окна, и, потыкав палочкой в место склейки, выяснил, что состав до сих пор не затвердел.

– Ну, хоть к ночи-то затвердеет? – с надеждой спросил он.