Джейкоб Генри Шифф

Телеграмма, посланная 21 мая 1920 г. Мурфилду Стори, президенту «Национальной ассоциации содействия прогрессу цветного населения», доказывает, что взгляды Шиффа не менялись до конца жизни: «Я полностью согласен с Вами в том, что расовые проблемы можно решить, только допустив полную справедливость по отношению неграм, и до тех пор, пока этот важнейший и серьезнейший вопрос, который год от года делается все важнее с экономической точки зрения, ибо связан с положением рабочей силы, не будет решен к удовлетворению и белых, и цветных, он будет и дальше изводить нас и заставлять стыдиться самих себя».

22 мая 1908 г. Шифф выразил большую заинтересованность в конференции по сохранению природных ресурсов. В письме Хиллу он рекомендовал ему тему для речи, которая, по его словам, представляла «своевременное предупреждение в нынешний период глупой спешки, нацеленной на то, чтобы получить все для нынешнего поколения, бросив потомков на произвол судьбы».

В 1910 г. Шифф обсуждал с Джоном X. Финли вопросы охраны природы на Аляске, которую он незадолго до того посетил: «Что касается той охраны, о которой Вы пишете во вчерашнем любезном письме, боюсь, что 99 человек из ста, если не больше, не знают, о чем говорят, когда обсуждают положение на Аляске. Более того, невозможно понять тамошнее положение, не побывав на месте… Аляска так же не соответствует статусу штата, как Либерия или острова Самоа. Совершенно верно, ресурсы, которыми обладает Аляска, следует развивать беспристрастно и методично, но, по моему мнению, потребуются значительные стимулы для привлечения на Аляску людей и капитала, и, если мы и дальше будем заниматься демагогией… мы просто убьем любые возможности для развития Крайнего Севера».

1 марта 1909 г. он писал Густаву Швабу, что его заявления и доводы в пользу канала в Панаме на уровне моря почти не находят откликов; и все же ему казалось, что, если президент Тафт, после личного изучения вопроса, опираясь на поддержку специалистов, выскажется в пользу предпочтительности шлюзованного канала, должны быть очень весомые причины, почему он захочет взять на себя такую ответственность.

Шиффа очень занимал вопрос сбора пошлины на протяжении Панамского канала. 5 декабря 1912 г. он произнес речь в Торговой палате штата Нью-Йорк: «Насколько я понимаю, мнения членов палаты разделились по вопросу целесообразности и оправданности так называемого Закона об управлении Панамским каналом. Многие члены палаты и многие за ее пределами считают, что закон неудачен и принят в спешке и что из-за него нам грозит разбирательство в международном арбитражном суде в Гааге. Другие признанные специалисты, наоборот, считают, что данный закон очень нужен и оправдан. Откровенно говоря, я на стороне тех, кто считает закон неудачным не только из-за невзимания платы для американского внутреннего или каботажного флота, но и потому, что по этому закону запрещается проход по каналу для определенных пароходов.

Я считаю, что в результате некоторые отечественные суда либо будут вытеснены из бизнеса, либо, что еще хуже, перейдут в руки зарубежных хозяев. Как бы то ни было, я считаю, что не стоит и, возможно, не совсем оправданно обсуждать закон в нашей палате и не стоило принуждать Торговую палату как орган одобрить или отвергнуть данный закон. Существует не только возможность, но и вероятность того, что из-за этого закона наше правительство предстанет перед Гаагским трибуналом. Сейчас это закон страны, и, независимо от того, одобряем мы закон или считаем его неудачным, наш первый долг как верных американских граждан, заключается в поддержке правительства и в защите законов страны».

13 сентября 1900 г., после разрушительного урагана в Галвестоне (Техас), Шифф представил на одобрение в Торговой палате следующую записку: «После ужасной катастрофы, постигшей Галвестон, последствия которой еще не известны в полном объеме… Торговая палата штата Нью-Йорк считает своим долгом выразить сочувствие «Островному городу» и помочь в его восстановлении, попытки которого предпринимаются сейчас. Еще вчера граждане Галвестона были счастливыми и процветающими, а ныне ощущают себя покинутыми и отчаявшимися. Они остались без крыши над головой, многие убиты или ранены, торговые предприятия уничтожены, средства сообщения парализованы. На памяти нынешнего поколения ни одно сообщество на Американском континенте еще не постигала такая ужасная катастрофа. Тем не менее мы не боимся, что наши сограждане, жители Галвестона, впадут в отчаяние или им не хватит сил для преодоления постигшего их бедствия. Мы убеждены, что в трудном испытании, ниспосланном Провидением, в полной мере проявится американское мужество, которое с такой готовностью приспосабливается к несчастьям и преодолевает их… Мы верим, что город, когда-то такой красивый и процветающий, возродится, как феникс, из постигшей его катастрофы и вновь займет свое место среди крупных приморских городов, через которые наша страна вывозит излишки своей продукции на мировые рынки».