Джейкоб Генри Шифф

Вы, как я полагаю, осведомлены о разногласиях, возникших между мистером Баннардом и мною относительно методов работы «Национальной биржи труда», и знаете, что вследствие этого я вышел из правления общества, за существование которого в первую очередь несем ответственность мы с Вами. Поэтому мне кажется, что я обязан и Вам, и себе изложить причины, по которым я занял определенную позицию, хотя допускаю, что Вам известно содержание моей переписки с м-ром Баннардом. Вы, несомненно, вспомните обстоятельства и условия, которые шесть или семь лет назад легли в основу создания «Национальной биржи труда»: в продолжительный период застоя и безработицы, тщательно изучив положение, мы пришли к выводу о необходимости создания биржи, общенациональной по масштабу, имевшей целью свести вместе работодателей и соискателей работы.

Создавая биржу, мы считали, что она станет чисто общественной организацией, будет помогать всем без исключения, не будет никому отдавать предпочтения. Возврат же затраченных средств должен был играть второстепенную роль… Почти с самого начала оказалось трудно… воплощать в жизнь те цели, ради которых общество было основано. Письмо вышло бы слишком длинным, если бы я стал подробно перечислять Вам многочисленные судебные процессы, отставки управляющих… и их причины. Достаточно сказать, что биржа не стала общенациональной по масштабу и вынуждена была ограничиться сугубо местной деятельностью…

Однако похоже, что даже при ее нынешнем состоянии… руководство биржи стало прибегать к методам, по моему мнению, достойным порицания и совершенно противоположным духу, в котором была основана биржа. Несколько месяцев назад меня забросали письмами соискатели работы. Они протестовали против дискриминации, какой подвергались работники иудейского вероисповедания – а в некоторых случаях и католики, – а также против грубости и унижений, каким их подвергали сотрудники биржи.

Расследуя эти случаи, я, к моему изумлению, узнал, что положение нисколько не преувеличено. Оказывается, в анкетах, которые заполняют соискатели, имеется требование указать вероисповедание – и это в американской социальной службе! – и с соискателями, которые указывали иудейское вероисповедание, обращались невежливо и не советовали обращаться за дальнейшей помощью и информацией. Когда я указал на это управляющим, они не отрицали, что такие условия действительно существуют, но оправдывались нежеланием многих работодателей нанимать евреев и условиями, из-за которых подобных соискателей нежелательно было никуда посылать. Хотя я прекрасно знаю о существовании подобного предубеждения, которое, к сожалению, широко распространено в обществе, я настаивал на том, что «Национальная биржа труда» не должна идти на поводу у предвзятых работодателей; что на бирже нельзя наводить справки о вероисповедании соискателей; что биржа должна выяснять лишь квалификацию и опыт соискателей, претендующих на то или иное место; что бирже следует во всяком случае отправлять к работодателям людей, которых биржа считает пригодными для занятия вакантных мест; а если у работодателей имеются предрассудки и они склонны к дискриминации, пусть, в конце концов, сами решают, нанимать ли на работу присланных биржей соискателей.

На это м-р Баннард с самого начала возражал. После того как мне не удалось убедить его в своей правоте, я понял, что не могу более принимать участия в прениях правления из чувства собственного достоинства… и, наконец, узнав, что мой протест против порочных методов управления ни к чему не привел, я вышел из состава правления…

Хочу еще раз подчеркнуть: биржа ни в коей мере не служит тем целям, ради которых она создавалась, а ее правление использует в работе совершенно не американские по духу методы и потому больше не может рассчитывать на одобрение и поддержку тех, кто основывали биржу с целью оказания содействия обществу. Если штат или город в своих агентствах по трудоустройству будут придерживаться той политики, какая сейчас превалирует на «Национальной бирже труда», общественное мнение восстанет против них, и они не смогут продолжать свою деятельность… По моему мнению, ввиду сложившихся на бирже обстоятельств, поскольку м-р Баннард заявил – возможно, не без оснований, – что перемена политики не будет способствовать успеху биржи, общество следует ликвидировать и аннулировать при первом же удобном случае. Разумеется, основатели, щедро снабдившие биржу резервным фондом в размере 100 тыс. долларов, не предполагали… что она превратится в обыкновенное локальное коммерческое бюро по трудоустройству, которое, дабы закрепить за собой видимость успеха, считает необходимым… прибегать к расовой и религиозной дискриминации. Вот почему «Национальная биржа труда» должна быть ликвидирована. Поскольку мы с Вами являемся главными собственниками капитала общества, от всей души надеюсь, что Вы поддержите меня в осуществлении моего замысла. Если обществу будет позволено существовать дальше, то лишь при сильнейшем, пусть и безмолвном, протесте с моей стороны».