Джейкоб Генри Шифф

Он заботился не только о благосостоянии семинарии в целом: он высоко ценил тех, кто там работал, а с некоторыми преподавателями завязал тесные дружеские отношения. Его очень привлекал Когут и та задача, которую он возложил на себя: редакция и издание современной версии «Аруха», лексикона Талмуда, созданного Натаном бен-Иехиэлем Римским в XI в. Этот труд Когут расширил до шести томов, дополнив его современным филологическим аппаратом. В своей автобиографии «Мое приданое» Ребекка Когут вспоминает много любопытных случаев, связанных с трудом ее выдающегося мужа. Помимо материальной помощи, Шифф оказывал Когуту, упорно работавшему несмотря на нездоровье и многочисленные дела, большую моральную поддержку. В 1889 г., когда рукопись была завершена, устроили трехдневный праздник. На третий день в доме Когута собрались друзья. Среди прочих речь произнес и Шифф. Он не только дал деньги на публикацию, но и стал казначеем фонда и лично собирал средства по подписке.

Шифф и Шехтер часто ходили друг к другу в гости и вели дискуссии по многим вопросам. Вопреки обыкновению, Шифф в 1910 г. согласился принять посвящение на двухтомном труде Шехтера о еврейских сектантах.

Он поздравил Шехтера с получением степени доктора литературы в Гарвардском университете; в том же письме он пишет о других интересных вопросах:

«Кёнигштайн/Таунус, 28 июня 1911 г.

Дорогой доктор Шехтер!

Получил Ваше письмо от 7 июня и рад узнать, что Гарвард присвоил Вам степень доктора литературы. В данном случае честь оказана и получателю, и подателю, и я особенно рад, что Вы стали доктором именно в Гарварде, потому что, как Вы прекрасно знаете, Гарвардский университет особенно близок мне, и я согласился стать председателем его Семитской комиссии.

В прошлое воскресенье, когда мы проезжали через Мюнхен, я показал Ваше письмо моему зятю, Джеймсу Лёбу. Он очень рад той чести, какую оказала Вам его альма-матер, как и мой брат Филипп, которого мы встретили здесь вчера и который также хранит о Вас самые теплые воспоминания…

Около трех недель назад, находясь в Берлине, я провел несколько совещаний по еврейским делам с друзьями; осенью, когда мы снова встретимся, если Богу будет угодно, я расскажу Вам о них подробнее. Меня удостоил аудиенции кайзер, что было весьма интересно; во время беседы мы коснулись многих вопросов; осенью я и об этом расскажу Вам подробнее…

Искренне Ваш,

Джейкоб Г. Шифф».

Шифф всегда заботился о благосостоянии студентов; почти с самого начала существования Еврейской теологической семинарии по его инициативе был создан внушительный ссудный фонд. Ирвинг Леман, тогда молодой адвокат, а теперь судья апелляционного суда в Олбани, стал самым молодым членом совета директоров, и Шифф вызвался передать фонд в руки Лемана, если тот представит ему четкий план по использованию средств на благо студентов.

Его интерес к семинарии проявлялся во многих мелочах. Он часто приезжал туда с визитами. Кроме того, он с готовностью поддержал традицию домашних ужинов, которую ввел Шехтер в надежде, что когда-нибудь у семинарии появится общежитие и студенты и даже преподаватели будут, по английской университетской традиции, питаться «в общем зале». Шифф всегда присутствовал на церемониях присвоения ученых степеней и вручения дипломов, кроме тех случаев, когда находился за границей, и время от времени произносил речи. Хотя дипломы обычно вручались в июне, когда Шифф с семьей переезжал в Си-Брайт, он, даже будучи в преклонном возрасте, ехал в Нью-Йорк и возвращался обратно в ту же ночь. Встречи совета директоров проводились у него дома, за большим столом в его кабинете, который был свидетелем многих важных встреч, посвященных филантропии и образованию. Своих гостей он всегда принимал очень радушно и окружал удобствами.

В дополнение к денежным взносам в фонд семинарии, библиотеки и строительства Шифф ввел простую практику борьбы с дефицитом. Когда казначей называл недостающую сумму – цифры с каждым годом увеличивались, – Шифф писал карандашом на листке из блокнота: «Согласен внести… долларов для покрытия данного дефицита». Сумма, которую он вписывал, обычно равнялась половине общей суммы. Затем он пускал листок по кругу среди других членов совета директоров, которые, как он считал, готовы были присоединиться к нему, и возвращал блокнот председателю с щедро предоставленной суммой.