Джейкоб Генри Шифф

Позвольте обратить Ваше особое внимание на речь, которую я произнес перед обществом «Менора» в Городском колледже Нью-Йорка в январе 1914 г. В той речи я более подробно выразил то, о чем пишу сейчас. Поскольку в той речи я изложил свои взгляды на сионизм, Сионистская организация перепечатала ее и распространяла в качестве своей пропаганды, хотя и вычеркнув из нее мои слова о неприятии мной национализма. Теперь, как и тогда, я твердо придерживаюсь мнения… что любая попытка переселения евреев в Палестину не увенчается успехом, если сионизм не примет иудаизм как свою главную доктрину. Хотя я понимаю, что большие перемены, которые уже повлекла за собой страшная мировая война, и еще большие перемены, которые, скорее всего, вызовет ее окончание, должны подтолкнуть евреев собраться вместе, чтобы договориться об изменении к лучшему своего печального положения во многих странах и преодолеть разобщение в своих рядах, которое, к сожалению, зашло так далеко. Всего вышесказанного, как я понимаю, наилучшим способом можно достичь при помощи Сионистского движения и воплощения в жизнь так называемой Базельской программы.

Благодаря революции в России, одной из положительных черт которой стала отмена так называемой черты оседлости, несколько миллионов евреев, до тех пор вынужденные ютиться в черте оседлости, получили право уехать и селиться в местах по своему выбору, и нет сомнений в том, что после восстановления порядка в России ее еврейские обитатели постепенно расселятся по всем огромным российским владениям. Хотя в целом такое положение кажется желательным, в то же время это, вероятно, положит конец развитию еврейской культуры и еврейских идеалов, которые производила черта оседлости, потому что черта оседлости вынужденно – пусть даже в результате несправедливых и деспотических законов – стала своего рода еврейским центром, из которого евреи всего мира в значительной степени черпали духовные силы, всегда нужные для продолжения существования.

К таким взглядам я пришел прошлой весной, после начала русской революции; я воспользовался первым удобным случаем, чтобы публично высказать свои убеждения о желательности поисков еврейской родины – и Палестина становится тут вполне логичным выходом, – где еврейский народ снова смог бы развиваться по своим собственным законам, в собственной атмосфере еврейской жизни и идеалов в их чистоте, и снова стать центром, из которого евреи по всему миру смогут черпать религиозное вдохновение и развиваться. В результате продолжительных дискуссий с лидерами Сионистского движения и долгих переговоров я решил подписать поздравительное послание лорду Ротшильду и другим ведущим английским сионистам после декларации, сделанной недавно правительством Великобритании, и сходных заверений других стран Антанты. Это послание, окончательный текст которого стал результатом длительного и тщательного размышления… вместе с данным письмом к Вам можно считать основой, на которой я готов вступить в ряды сионистов, прекрасно сознавая, однако, что в этом всемирном движении представлены многие сильно различающиеся между собой взгляды и концепции.

Если во всем вышесказанном меня хорошо поняли Вы и Ваши помощники, стоящие во главе Американской сионистской организации, я со своей стороны согласен принять Ваше любезное приглашение и вступить в ряды Университетского сионистского общества. Пользуясь случаем, благодарю Вас и других, с кем я, как и с Вами, имел дискуссии, за проявленные ко мне снисходительность и терпение.

Остаюсь

Искренне Ваш,

Джейкоб Г. Шифф».

Он снова пишет на данную тему Зангвиллу 12 декабря: «Как Вы справедливо предположили, декларация Бальфура по Палестине, о которой Вы сообщали мне в прошлом письме, стала достоянием гласности и не только вызвала широкое одобрение, но и стала предметом важной дискуссии. Несколько дней назад, после падения Иерусалима и перехода Священного города в руки Великобритании, не может быть сомнений, что дело сионизма далеко продвинулось вперед, и нам нужно молиться, чтобы Палестина больше никогда не выходила из сюзеренитета Великобритании.

Как я, кажется, уже Вам писал, я уже несколько месяцев веду активные переговоры с Луисом Брэндайсом и другими сионистскими лидерами, которые хотят, чтобы я официально принял сионизм и вступил в эту организацию. Я считаю, что мы пришли к полному взаимопониманию по всем жизненно важным пунктам, кроме того, что я хочу, чтобы мне позволили недвусмысленно высказать свою точку зрения. Я не вижу никакого разумного основания для появления в Палестине еврейского государства, чьим краеугольным камнем не являлся бы иудаизм, как не считаю я евреем человека, который не желает признавать иудейской концепции Бога. Если в конце концов мне не позволят сделать это заявление одновременно с моим вступлением в Сионистскую организацию, мне придется отказаться от вступления, ибо я ни на секунду не желаю выставлять себя в смешном виде, игнорируя в такой важный момент то, что я всегда считал и продолжаю считать основой всей моей жизни».