Еду в Магадан. Безумное путешествие из Петербурга до Крайнего Севера

– Сталин бы тебе столько денег не заплатил, – ответил второй, и все дружно рассмеялись.

В машине сидели мужчины разных возрастов, вероисповеданий, национальностей. Здесь были жители Воронежа, Тюмени, кавказских республик. Все они ехали домой спустя несколько месяцев, проведенных на золотых приисках, где у них не было ни одного выходного дня.

С одной стороны от меня сидел молодой парень из центральной части России – Руслан. Ему было 19 лет, одет он был в простую городскую одежду. По другую сторону сидел крупный мужчина средних лет – Константин. На нем была рабочая форма, а в руке он держал бутылку водки.

Они все были разные, очень уставшие, но все как один были доброжелательно настроены ко мне и друг к другу.

– Будешь?

Костя протянул в мою сторону стакан. Я отказалась, и он передал его Сане, который сидел позади нас.

– У нас там был сухой закон, все не пили месяцами. Поэтому прости и прими. Но тут все добряки, не переживай, – сказал мне Руслан. – Хочешь музыку послушать?

Он протянул мне наушник, и мы на несколько часов погрузились в звуки альтернативной музыки, пока по сторонам мелькали лиственницы. За то время, что я была за переправой, по ту сторону реки Алдан лиственницы потеряли свой ярко-желтый окрас, приобретая все более тусклый свет и под силой ветра опуская к земле свои иголки.

К ночи Саня и Костя уже дошли до той стадии опьянения, когда они с серьезным видом начали предсказывать мое будущее.

– Подай руку. Ага, чувствую, – сказал Костя, сжимая мою ладонь и закрывая глаза, направленные в потолок «УАЗа».

– Он из потомков белых шаманов, – шептал на ухо сзади Саша.

Выглядело это все поистине театрально, и мы с Русланом поджали губы, стараясь не рассмеяться. Мне было спокойно от понимания, что сейчас рядом со мной сидит Руслан, который понимает мои странные ощущения и своим смехом пытается сгладить неловкость ситуации.

– Смотри на меня. – Костя опустил глаза, повернулся ко мне и стал смотреть прямо в глубину моего сознания через зрачки. – Вижу!

Все замолчали и прислушались.

– Через пять лет я вижу тебя бизнесвумен. У тебя будет свое издательство на тему путешествий по России. Ты будешь отправлять людей в разные регионы страны. А сама будешь сидеть дома за компьютером с семьей.

Меня не особо обрадовала такая перспектива, ведь я тогда желала лишь одного – путешествовать по глубинкам России. Любезно поблагодарив Костю, мы с Русланом продолжили слушать музыку, а Саша с Костей через некоторое время уснули на полу «уазика».

Утром я попрощалась со всеми в Нижнем Бестяхе. «УАЗ» шел на переправу в Якутск, а мне предстояло пробовать новую, нехоженую ранее трассу с таким душевным для меня названием – «Лена». Она идет от Нижнего Бестяха до поселка Невер в Амурской области, ее расстояние – около 1100 километров. Тогда я не знала, что эта трасса считается одной из самых опасных в России и по своей проходимости может конкурировать с уже пройденной трассой «Вилюй» из Мирного в Якутск.

– Это тебе на прощание, – меня обнял друг Руслана и положил что-то небольшое в карман куртки. – Потом посмотришь.

Потеряв их из виду, я сразу вынула из кармана что-то крепкое – это был маленький золотой самородок.

Трасса «Лена»

– У меня сейчас дежавю?

Рядом с паромом в Нижнем Бестяхе притормозил местный парень.

– Я тебя где-то неделю назад или больше тут видел. Помнишь, еще предложил подвезти на выезд? Один в один было, в том же самом месте. Теперь куда тебя подбросить, на другой выезд?

Эта повторная встреча была словно точкой в географии моего путешествия. Я официально его завершала, и это подтверждалось вот такими повторными встречами, теми же местами и даже погодными условиями.

Обратная дорога сама вела меня в сторону дома. По ухабам, кочкам, но с прекрасными людьми я быстро покидала Север. В Томмоте я ночевала на посту ДПС, а утром сотрудники дорожной службы сопровождали меня до выезда из населенного пункта, подарив на прощание шоколадку «Аленка». У меня в руках всегда был теплый термос, подаренный магаданскими ребятами Саней и Серегой, куда я заливала горячую воду при каждом удобном случае.

В Алдане водители отвезли меня на карьеры и показали, как работают кочегарки, а затем, желая удостовериться в моей безопасности, посадили в такси и отправили в сторону Большого Нимныра. Таксист сделал остановку на полпути нашего маршрута, зашел в магазин и вышел оттуда с пакетом, который затем вручил мне:

– Ребята попросили, чтобы я тебе купил еду в дорогу, держи, это тебе.

В Алданском районе я случайно оказалась и у бывшего лагеря «Васильевка», где заключенные в советское время добывали стронций. Вселенная, будто услышав мое желание еще на Колыме погрузиться глубже в страшные страницы истории, преподнесла такой «подарок». Несколько часов в отсутствие машин я бродила среди заброшенных бараков, заваленных шахт и административных зданий.

– Только ты это, на радиацию потом сдай анализы, – осторожно проговорил водитель, подобрав меня возле трассы у лагеря «Васильевка». – Тут вообще табличка даже стоит, мол, радиация.