Его величество микроб. Как мельчайший живой организм способен вызывать эпидемии, контролировать наше здоровье и влиять на гены

Гуго Глязер. «Драматическая медицина: опыты врачей на себе»

А теперь читателю полезно мысленно перенестись в Европу ХIХ века. То были времена, когда лекарства содержали ядовитые мышьяк и ртуть, искусство врачевания порой ограничивалось умением дать больному морфий, а самой распространенной терапией было кровопускание.

В бедных кварталах быстро растущих городов лишь трое из пяти детей доживали до школьного возраста. Людей косили эпидемии тифа, дифтерии, туберкулеза. Смертельными волнами набегали на Европу и Америку эпидемии холеры из Индии.

В то время герой этого раздела нашей книги Макс фон Петтенкофер, увлеченный химией и техникой, неожиданно для себя заинтересовался вопросами гигиены. Все началось с гигиены жилища. Максу было поручено выяснить, почему в королевском замке воздух до такой степени сухой, что король постоянно чувствует першение в горле.

Затем Петтенкофер стал интересоваться гигиеной одежды, вопросами питания, водоснабжения. И быстро утвердил за собой репутацию первоклассного гигиениста. В 1865 году (Петтенкоферу исполнилось 47 лет) он возглавил кафедру гигиены Мюнхенского университета, созданную по его же инициативе.

Дальше – больше. В 1879 году основатель современной гигиены Петтенкофер организовал первый в Европе институт гигиены и стал его директором. Он превратил гигиену в науку, изучая влияние внешних факторов – воздуха, воды, почвы, одежды, жилища – на состояние здоровья общества и отдельных людей.

Разрабатывал также гигиенические нормы питания. Основал два специальных журнала: Zeitschrift für Biologie и Archiv für Hygiene. Написал книгу об оздоровлении городов, сочинение о канализации населенных пунктов и удалении из них нечистот и отбросов.

Искусство врачевания в Европе в XIX веке порой ограничивалось умением дать больному морфий, а самой распространенной терапией было кровопускание.

Неустанно пропагандировал умеренность, чистоту, регулярные купания, разумную диету, теплую одежду и свежий воздух. Внушал мысль о том, что профилактические меры и популяризация здорового образа жизни экономически выгодны для государства. Что это позволит экономить на медицинском обслуживании и сократит отпуска по болезням.

Конечно, Петтенкофер занимался и инфекционными болезнями, так как одна из задач гигиениста – защита населения от массовых заболеваний. Особенно Макса занимала холера, эпидемии которой возникали довольно часто. С холерой у Петтенкофера были и личные счеты. Вот его слова:

«Я заболел холерой в 1852 году, до этого эпидемия 1836–1837 годов, когда я посещал старшие классы гимназии, меня не коснулась. После меня заболела моя кухарка, которая умерла в больнице, потом одна из моих дочерей-близнецов Анна, с трудом выздоровевшая. Эти переживания оставили в моей душе неизгладимый отпечаток и побудили исследовать пути, которыми идет холера».

У Петтенкофера были свои особые представления о природе заболевания холерой. Вот что об этом в книге «Сто великих врачей» пишет ее автор, писатель, журналист, гипнотизер, создатель оригинальной методики психофизической саморегуляции Михаил Семенович Шойфет (1947–2013):

«Когда Роберт Кох открыл холерный вибрион и стал доказывать, что он единственный виновник разразившейся эпидемии холеры, Петтенкофер не отрицал правильности этого открытия; он и сам думал о возбудителе, обладающем живой природой. Но у него были другие представления об этом. Прежде всего, он не верил в простую передачу инфекции и говорил: “В настоящее время вопрос в основном в том, как подобраться к этой бацилле, как ее уничтожить или помешать ее распространению. Борьбу против микробов считают сейчас единственно действенной профилактикой и игнорируют целый ряд эпидемиологических фактов, которые решительно свидетельствуют против гипотезы о простой заразности холеры. Многие судят все больше по наблюдениям за “холерной запятой” в колбе или на стеклянной пластинке, или же в культурах, совершенно не заботясь о том, как выглядит картина холеры в процессе практического эпидемиологического распространения”».

10.4. Научная «дуэль» Коха с Петтенкофером

Каждый, кто выделяется из массы, должен быть отмечен особо, каждый из тех, готовых принести себя в жертву великих героев и мучеников, которые проделывали опыты на самих себе. Забыв о них, история медицины, история человечества вообще, поступила бы несправедливо. Трудно сказать, кто и когда был первым. Ясно одно: история героизма врачей никогда не закончится. В центре когорты этих людей стоит один из наиболее известных врачей – Макс Петтенкофер. С рассказа о его подвиге и можно начать наше повествование.