Эгрегоры и кризис. Ветер перемен

Мы говорим сейчас о двух составляющих, которые проходят через все субличности. Это составляющая, которая стремится к стабильности, и составляющая, которая стремится к видоизменению, к будущему. Вспомнив образы Горького, мы условно назовем их пингвином и буревестником. Пингвин является той частью нашего существа, которая тяготеет к хозяйственности и стремится к стабильности, сохранению, которой не надо нового и которая получает удовлетворение от существующего. Это, конечно, консерватор. А буревестник всегда жаждет перемен и с наслаждением вдыхает вольный ветер, стараясь ощутить в нем аромат того, что затаено где-то на сердце.

Разные, но связанные вместе

Эту двойственность каждый из нас хорошо ощущает в самом себе. Даже в повседневной жизни какая-то часть очень дорожит тем, что есть, а какая-то часть, наоборот, жаждет нового.

Разумеется, в каждом из нас эти части перемешаны в разных пропорциях. Считается, например, что женщины более консервативны, чем мужчины. Ту же параллель можно провести между старшим поколением и молодежью.

С другой стороны, был ли Циолковский консерватором? Ведь лучшие свои открытия он сделал именно в зрелые годы. Поэтому такой уж четкой взаимосвязи здесь нет. Человек может быть консерватором просто по своему складу характера. Им окажется, наверное, и уставший человек. А человек бодрый, даже если он консерватор, менее консервативен, чем человек уставший.

Эти два качества не исключают друг друга. Скорее, это просто две стороны монеты. Они разные в том отношении, что пингвин, например, очень любит опираться на существующие эгрегориальные тенденции. Эту тенденцию можно еще назвать реактивной. Пингвин больше любит реагировать, приводится в движение внешними переменами. Растит человек цветочки, цветочки растут, и от этого ему хорошо.

Нельзя сказать, что эта часть личности опирается лишь на старые эгрегоры. Она опирается на то, что стабильно, знакомо, она желает повторения взаимодействия с этим.

Другая часть личности ввязывается в то, что происходит, при помощи собственного запаса энергии. Собственное «я», собственные мотивации ввязывают ее в какие-то новые эгрегориальные возможности, эгрегориальные игры. Наверное, когда человек идет в магазин, та часть, которая в нем «пингвин», покупает капусту, картошку – все продукты по списку. А буревестник покупает какую-то неожиданную штуковину, чтобы повеселить себя и родных. То есть что-то неожиданное.

На самом деле обе эти части в нас присутствуют. Они выполняют для нас разные функции, заняты разными делами. Никогда буревестник не сумеет соблюсти стабильность. Он один раз достигает цели, упаковывает ее, передает пингвину и гордо реет дальше.

Возможно, если бы в людях преобладали пингвины, и кризиса бы и не случилось… Они сохранили бы стабильность. Другое дело – на каком уровне они сохранили бы стабильность. Вот вопрос! Вряд ли они добились бы больших высот. Разумеется, пингвин категорически не любит, когда начинается что-то новое, тогда он начинает беспокоиться.

Однако мы поднимаем этот вопрос в связи с эгрегориальными кризисами, когда какая-то часть мира только образовывается, только растет. А другая часть видоизменяется, и лишь малая ее часть сохраняется. И здесь у нас четко прорисовывается задача для двух частей личности.

Это очень важно, потому что, сообщив каждой из собственных частей свойственные им задачи, мы избегаем рисков и повышаем собственную эффективность. Вдруг в нас намешано больше буревестника, чем пингвина, и мы стремимся сохранить старое дело просто по причине бытовой необходимости? У нас это вряд ли получится. Ведь нам будет хотеться разобрать все старое и посмотреть, что получится при новой сборке.

Разделяй и властвуй

Нам нужно постараться выделить эти две противоположные части нашей личности и дать им разные задачи. Буревестник любит воплощать, а потому получит наибольшую пользу от созидающихся целей, а наибольшую энергетическую поддержку – от безымянного эгрегориального фокуса. Пингвин же, напротив, лучше воспользуется контртечением и заботливо попытается сохранить то, что необходимо.

Если не учитывать этого, у нас, скорее всего, ничего не получится. Причем получится или не получится по техническим возможностям, а не потому, что пингвин или буревестник менее разумны и более глупы в каком-то классе задач, нет. Важно, что они двигаются нашей системой мотивации. Если у человека нет мотива, он не может добиться успеха в том или ином деле.