Элегантная наука о ядах от средневековья до наших дней. Как лекарственные препараты, косметика и еда служили методом изощренной расправы

Естественно, благочестивые придворные и некоторые аристократы негодовали по поводу бесчинств этой «падшей женщины». Современник писал: «Ее наряды пробуждали в людях скверну и развратные мысли. Она стремилась к тому и ни перед чем не останавливалась, ибо даже обнажала плечи и грудь до самой середины».

Хотя Агнесса несомненно не чуралась роскоши собственного положения, она прославилась добротой. Целых пять ее писем посвящены помощи страждущим, а также раненым животным. Летописец Ангерран де Монстреле, современник Агнессы, писал: «Надо сказать, что она по жизни весьма щедра: жертвует милостыню, а вещи, коими владеет, часто раздает беднякам, церквям и попрошайкам».

Однако сыну короля Людовику не было дела до доброты Агнессы: он ненавидел ее всей душой, в то время как его собственная мать Мария, казалось, совершенно не возражала против влияния Агнессы на Карла. Королева – обладательница острых черт лица и крайней набожности, мать четырнадцати детей – даже была крестной троих бастардов Агнессы. Людовика же подобное бесчестье приводило в ярость. Он обладал высоким интеллектом, был прирожденным воином и уже в семнадцать лет во время войны с англичанами возглавил оборону региона Лангедок на юге Франции. Людовику не терпелось сменить на троне отца: Карла он считал слабым и расточительным правителем, вовсю критиковал его политику и поносил любовницу, которая имела куда большее влияние на короля, чем дофин.

В отчуждении, которое существовало меж отцом и сыном, Людовик также винил Агнессу. Как-то в 1444 году принц столкнулся с ней во дворце и, воскликнув: «Клянусь Господом, эта женщина – причина всех наших несчастий!» – ударил ее по лицу.

Когда король изгнал сына прочь со двора, тот попытался поднять восстание (которое быстро было подавлено). Карл отослал дофина на юго-восток Франции, где Людовик правил как сюзерен – и правил весьма мудро, однако не переставал строить заговоры и посылал слуг шпионить за Агнессой. Когда Карл выслал людей арестовать Людовика, тот скрылся, выпрыгнув в окно, и нашел укрытие во дворце герцогов Бургундских в Дижоне. Оттуда он написал отцу, что вернется лишь при условии, что Карл выгонит Агнессу, – разумеется, такое требование не добавило ему очков в глазах короля.

Дофин заявил: «Король правит столь бедственно, сколь это возможно, я же намерен навести порядок в стране. Вернувшись, я изгоню Агнессу и положу конец глупости отца – и тогда дела наладятся».

Существует вероятность, что речь шла о новом заговоре, и именно о нем Агнесса предупреждала Карла в свой последний приезд. И, быть может, именно поэтому Людовик (который подкупал множество слуг Агнессы и, возможно, даже ее врача) нанес ответный удар.

Современное вскрытие и диагностика

В 2005 году двадцать два исследователя из восемнадцати лабораторий эксгумировали останки королевской возлюбленной, долгое время находившиеся в церкви Сент-Оурс в Лоше. Впервые Агнессу вытащили из могилы в 1777 году, когда члены кафедрального капитула сочли позором, что падшая женщина покоится близ капеллы. Хотя деревянный гроб сгнил, а свинцовый деформировался, разорители гробницы обнаружили ее череп в приличном состоянии: золотые волосы заплетены в тяжелую косу на затылке, по бокам выпущены длинные локоны. У нее сохранилось много зубов, которые присутствующие бесстыдно вырывали и рассовывали по карманам как сувениры. Кости сгрузили в урну из песчаника, которую разместили под черным мраморным изображением Агнессы в нефе церкви.

Останки повторно подверглись разграблению во время Французской революции – вероятно, в это время забрали все остальные ювелирные украшения и еще несколько зубов. Черную мраморную плиту забрал мясник, который в дальнейшем использовал ее в лавке в качестве разделочной доски.

И вот в 2005 году команда исследователей извлекла на свет ее череп – в хорошем состоянии, с прекрасно сохранившимися участками лица, висков, носовых пазух и верхней челюстью. Задняя часть черепа отсутствовала (вероятно, попала в чью-то коллекцию сувениров). Рентген показал, что у Агнессы была искривлена носовая перегородка и она скорее всего храпела. Все зубы с верхней и нижней челюсти были вырваны, хотя среди костей в урне обнаружились семь из них, не забранные разорителями. Анализ зубов демонстрирует, что к моменту смерти они едва износились, так как Агнесса была еще молода: никаких полостей, почти нет зубного камня, не разрушена эмаль.

Останки представляли собой мешанину из длинных костей, мумифицировавшихся фрагментов мышц, а также плоти, на которой кое-где еще остались волосы и брови и которая, как поэтично выразились французы, «истекала гнилостным соком». Странный сладкий запах, исходивший от останков, пугал исследователей.