1

От авторов

Война — это мир.

Свобода — это рабство.

Незнание — сила.

Джордж Оруэлл «1984»

Третий рейх, по замыслам его создателей, должен был просуществовать не менее тысячи лет. На самом деле он протянул всего 12. Однако за такой короткий для истории промежуток времени государство, созданное Гитлером, успело развязать самую кровавую в мировой истории войну, оставить после себя миллионы трупов и десятки миллионов разбитых судеб, разрушенные города и сожженные деревни. Казалось бы, после всего этого фашизм как идеология, как политическое учение, как практика государственного строительства должен быть отправлен на свалку истории. Но человеческая память оказалась слишком короткой, а фашизм — слишком живучим. Внуки солдат, которые, надев кованые ботинки, уничтожили «тысячелетний» Рейх, начали задумчиво рассуждать о том, что если бы «немцы нас тогда завоевали, жили бы сейчас, как люди». Не удивительно, что для реанимации людоедских идей основателя Третьего рейха услужливые ученые начали переписывать историю не только Второй мировой войны, но и гитлеровской Германии в целом. Если верить этим достойным ученикам Геббельса, то не было ни лагерей смерти, ни массового геноцида народов Европы, ни бесчеловечной восточной политики. Сегодня с помощью умело навязанных мифов и искусственно созданных заблуждений в общественном сознании формируется образ некоего «фашизма с человеческим лицом».

С другой стороны, еще с советских времен сохранилось множество стереотипов, основанных на старых фильмах, в которых нацисты — от вождей Рейха до простых солдат — изображались в карикатурном виде. Они отдавали нелепые приказы или нелепо их исполняли, а при первой же опасности поднимали вверх руки и истерически кричали: «Гитлер капут!»

На самом же деле история Третьего рейха была гораздо сложнее и трагичнее. Самые кровавые палачи в свободное от массовых казней и пыток время вели себя, как добропорядочные бюргеры, хорошие мужья, заботливые отцы, хотя это и не делает их преступления менее страшными. В то же время некоторые бонзы Третьего рейха далеко не всегда разделяли нацистскую идеологию, и поскольку они не отдавали приказы уничтожать мирное население, то даже по решению трибуналов, организованных победителями Второй мировой войны после разгрома гитлеровской Германии, военными преступниками не считаются. Хрестоматийными заблуждениями являются и представления о том, что все фашистское руководство являло собой образец «истинных арийцев», а человеку с еврейской кровью в гитлеровском государстве была уготована одна дорога — в газовую камеру. Не совсем верно и то. что фашистская Германия, напавшая на СССР, превосходила своего противника в техническом оснащении — по количеству и качеству танков и самолетов.

В данной книге мы постарались развеять эти и многие другие заблуждения. При оценке Третьего рейха и его лидеров нами была сделана попытка отойти от тех двух цветов — черного и белого, — которыми традиционно раскрашивают историю государства, строившегося на века, но просуществовавшего всего двенадцать лет…

А

Адольф-законник. Узурпировал ли Гитлер государственную власть?

Как просто отнять у народа свободу —Ее надо просто доверить народу.Игорь Губерман

Существует заблуждение, что Гитлер пришел к власти силовыми методами типа «пивного путча». Традиционное сознание не может признать тот факт, что один из самых кровавых злодеев XX столетия мог стать вождем добропорядочных немцев на законных основаниях. Между тем, это действительно так. Основатель Третьего рейха действовал более чем легитимно.

Он ненавидел демократию, но после неудачной попытки захвата власти в 1923 году и последовавшего за ней лишения свободы по обвинению в государственной измене Гитлер решил покорить Германию законным путем. В конце 1924 года, через две недели после выхода из тюрьмы, он добился аудиенции у Генриха Хольда — министра-президента Баварии и руководителя Католической народной партии Баварии. В ответ на клятвенное обещание бывшего заключенного вести себя прилично Хольд снял запрет на деятельность нацистской партии и ее печатного органа. «Бестия обуздана, — сообщил он министру юстиции Гюртнеру, — теперь можно ослабить путы».