Энциклопедия заблуждений. Третий рейх

Но глава правительства прекрасно понимал, что в новом рейхстаге коммунисты все равно получат немалое количество мандатов. Значит, решил Гитлер, нужно запретить Коммунистическую партию Германии (КПГ). Партия, оказавшаяся вне закона, не сможет принимать участие в выборах. Для начала был организован налет на ее штаб. Отряды штурмовиков выбили все окна в здании, часть мебели выбросили на улицу, а оставшуюся превратили в щепки. Налетчикам активно помогала полиция, которая провела в партийном офисе обыск. Однако никакого компромата против немецких коммунистов найти не удалось. Правда, Геринг, назначенный Гитлером начальником прусской полиции, продемонстрировал несколько брошюр, найденных в подвале штаба КПГ, и заявил, что, если внимательно почитать эту агитационную литературу, можно увидеть, что коммунисты готовят «государственный переворот». В это мало кто поверил, поэтому следовало найти более веские доказательства антигосударственной сущности Компартии. Необходимо было обвинить ее в чем-то по-настоящему возмутительном. Фашистские лидеры А. Гитлер, Й. Геббельс и Г. Геринг взялись за разработку сценария провокации. Звучали разные предложения: взрыв памятника Фридриху Великому в Берлине, покушение на Гитлера или на Гинденбурга. Все эти мероприятия были признаны не слишком эффективными, поэтому было решено устроить большой пожар в центре столицы. Так был вынесен приговор зданию немецкого парламента — рейхстагу.

Вечером 27 февраля 1933 года огонь внезапно охватил огромное здание. Любопытно, что истинные организаторы поджога самым тщательным образом организовали себе алиби: в это время, пишут советские историки Д. Мельников и Л. Черная, Гитлер был в гостях у Геббельса. Они пили чай, беседовали, слушали пластинки. Вдруг раздался телефонный звонок, и хозяину квартиры сообщили, что в рейхстаге пожар. «Я счел это явным вымыслом, — лицемерно написал Геббельс в тщательно препарированном перед опубликованием дневнике, — и отказался сообщать об этом канцлеру».

На самом деле участники «тайной вечери» ждали данного известия. Сразу после его получения фашистские лидеры сели в машину и помчались к горящему рейхстагу. Геринг, о роли которого в пожаре скажем позже, был уже там и истерически кричал: «Это начало коммунистического восстания». Гитлер вторил ему: «Теперь не может быть никакой пощады! Кто станет нам поперек дороги, будет уничтожен! Каждый коммунистический функционер должен быть расстрелян, где бы он ни находился!» Этой же ночью канцлер потребовал арестовать всех депутатов-коммунистов. Геринг даже подписал ряд соответствующих указов, но до таких мер дело не дошло.

Иными словами, если бы поджога не было, его бы следовало придумать. Так ведь и придумали! Бывший начальник Генерального штаба сухопутных войск Гальдер вспоминал, как однажды, когда разговор зашел о художественных достоинствах здания парламента, Герман Геринг самодовольно воскликнул: «Единственный, кто действительно знает рейхстаг, — это я. Ведь я его поджег!»

Вероятнее всего, автором провокации был Геббельс. Он расписал роли, а впоследствии дирижировал всем действом. Йозеф лично отобрал десять штурмовиков. которые проникли в пустое здание вместе с накачанным наркотиками 24-летним голландским бродягой Маринусом ван дер Люббе. Его-то и арестовала полиция, прибывшая на место пожара. Он бродил по задымленным коридорам полуголый, потный, со спутанными волосами. На допросе задержанный заученно продиктовал почти 60 страниц показаний, но из них было совершенно непонятно, как один человек мог за несколько минут поджечь рейхстаг одновременно в нескольких, расположенных далеко друг от друга местах. Неясным оставалось и то, почему после 8 вечера 27 февраля вся охрана парламента была снята. Кстати, по распоряжению Геринга. Все, кто на начальном этапе расследования пытался получить подобную информацию, вскоре погибли при трагических обстоятельствах. Оставшиеся в живых «глупых» вопросов не задавали.