Эпоха Брежнева: советский ответ на вызовы времени, 1964-1982

На фоне роста «материального интереса», уже переходившего установленные законом границы, власти СССР продолжали декларировать курс на повышение уровня жизни населения. В феврале 1971 г. на совещании в преддверии XXIV съезда КПСС Л.И. Брежнев много внимания уделил обсуждению «новых шагов» в сфере «повышения жизненного уровня народа», подчеркивая, что «главная задача» — это «дальнейшее непрерывное повышение благосостояния». А.М. Александров считал правильным, что в экономическом разделе отчетного доклада ЦК КПСС съезду присутствовал «нарочито потребительский уклон», так как «это один из главных моментов политики партии». Он полагал, что требования к росту уровня жизни должны быть даже «завышенными». Директор ИМЭМО академик Н.П. Иноземцев поддерживал курс на то, «чтобы экономика была эффективной… в жизненном уровне населения». По мнению Брежнева, высказанному в марте 1973 г. при подготовке доклада на пленуме ЦК КПСС, «все страны поняли, что надо быстрее расти, что без экономического роста нельзя создать лучших материальных благ и условий для людей… Все хотят сделать больше, чем они могут»[1241]. Таким образом, советское руководство осознавало, что в мире идет соревнование за рост уровня жизни, ставшее одной из форм идеологической борьбы за умы и души людей.

Власти заметили рост важности «материального фактора». В 1969 г. на Совещании коммунистических и рабочих партий Л.И. Брежнев заявил, что растущие потребности людей предъявляют «все более высокие требования к нашей промышленности и сельскому хозяйству». Видели они и расширение спектра этих потребностей. В 1970 г. во время обсуждения «Материалов по вопросам идейно-воспитательной работы к XXIV съезду КПСС» руководитель группы консультантов Отдела пропаганды и агитации ЦК КПСС Б.Г. Владимиров отмечал «резкое возрастание объема и… структуры потребляемых благ… На протяжении сотен лет структура потребления человека состояла главным образом из предметов жилища, пищи и одежды. Теперь структура потребления революционно изменилась». На совещании в феврале 1971 г. Л.И. Брежнев назвал одной из причин «потребительской революции» изменения в советском социуме — а именно рост «образованности», в результате чего «во всех отношениях общество стало другим»[1242].

В связи с этим идеологи считали важным обеспечить достойный уровень потребления — они обращали внимание, например, на то, что «молодежь не будет мириться с перебоями в снабжении мясом». А.М. Александров в записке, направленной Л.И. Брежневу в декабре 1970 г., на основе анализа событий в Польше призывал генсека «не ослаблять заботы о постоянном (в разумных пределах) повышении материального благосостояния самых широких масс трудящихся». Брежнев соглашался с этим. На совещании в феврале 1971 г. он отметил, что власти «должны ответить» за то, «чтобы… [позитивный] настрой был морально-политический», для чего «должны знать, с каким настроем человек идет на работу, какое у него жилье, медицинское обслуживание». Он полагал, что удовлетворение потребностей граждан страны «относится и к психологическому настрою, и к моральному, и… создает условия в жизни»[1243]. Западные эксперты и вовсе видели в высоких показателях уровня жизни залог существования советской системы. Так, в 1973 г. МИД ФРГ прогнозировал, что если Брежнев не сможет удовлетворить пробужденные им ожидания более высокого жизненного уровня, ему угрожает «конкретная опасность»[1244]. Действительно, увеличение производства товаров и услуг становилось решающим фактором для поддержания политической стабильности в СССР[1245].

Советские руководители и идеологи продолжали констатировать достижения в сфере роста уровня жизни. В изданной в 1979 г. книге «Социальная политика коммунистических и рабочих партий в социалистическом обществе» было заявлено, что «во всех странах социалистического содружества быстрыми темпами повышается уровень народного благосостояния», «происходит систематическое повышение заработной платы рабочих и служащих и других трудовых доходов населения. Одновременно увеличиваются выплаты и льготы из общественных фондов потребления», в то время как в капстранах власть «сокращает и без того скудные расходы на социальные нужды». Было отмечено, что, например, в 1977 г. в странах — членах СЭВ реальные доходы на душу населения выросли на 4 %, были увеличены разного рода выплаты и льготы, тогда как в развитых капстранах, наоборот, возросла стоимость жизни (на 8,6 %)[1246].