Эпоха Брежнева: советский ответ на вызовы времени, 1964-1982

Другие методы изоляции страны от воздействия внешнего мира включали, согласно принятому в мае 1977 г. постановлению ЦК КПСС «О мерах по дальнейшему повышению политической бдительности советских людей», контроль за использованием «радиопередающих устройств, находящихся в спортклубах и организациях ДОСААФ, усиление среди радиолюбителей и радиоспортсменов разъяснительной работы по правилам радиообмена, особенно с зарубежными радиолюбителями». Важную роль должно было играть усиление контроля за выездом граждан СССР за границу. Партийные комиссии стали «более тщательно изучать» людей, рекомендуемых к таким выездам, «с учетом их деловых и политических качеств, морального облика и общественной активности»[1445].

В то же время цензура была политически уязвимым местом советской системы и одной из главных мишеней критики из-за границы. Иностранцы, посещавшие СССР, задавали советским гражданам вопросы такого рода: «Как расцениваете вмешательство КПСС в дела литературы и искусства»; «Имеют ли право газеты, выходящие в СССР, выступать против руководителей правительства, если они не согласны с политикой, проводимой правительством»; «Почему не все произведения советских писателей печатаются в СССР. Может ли советский писатель опубликовать свои произведения за рубежом»; «Почему не допускаете, чтобы люди в своих произведениях критиковали ваше общество, почему осудили Синявского и Даниэля»; «Почему не разрешают в СССР продавать западные журналы, газеты и книги»; «Будет ли правительство и партийное руководство в СССР содействовать такой более свободной службе новостей и расширению сотрудничества между журналистами различных частей мира?»; «Почему мешают писать русским писателям, и разве не нуждается советская система ни в какой внутренней критике?»[1446]. Ответить на такие вопросы в рамках декларировавшегося наличия в СССР свободы и демократии было нечего.

В стране продолжалось преследование критически настроенных граждан. Наиболее суровой санкцией было привлечение к уголовной ответственности по статьям 70 и 190¹ УК РСФСР (и аналогичным нормам уголовных кодексов других союзных республик): «Призывы к насильственному изменению конституционного строя» и «Распространение заведомо ложных измышлений, порочащих советский государственный и общественный строй» (характерно, что ст. 190¹ была введена в уголовное законодательство именно в период правления Л.И. Брежнева — в сентябре 1966 г.). В то же время, именно по уголовным статьям такое преследование стало менее распространенным, чем это было при Н.С. Хрущеве. В 1951–1960 гг., по данным В.А. Козлова, за «антисоветские» преступления было привлечено к ответственности 1072 чел., в 1966–1970 гг. — 697, в 1971–1975 гг. — 803, в 1976–1980 гг. — 347, в 1981–1985 гг. — 540 чел.[1447]

В докладной записке, направленной 29 декабря 1975 г. в ЦК КПСС председателем КГБ Ю.В. Андроповым, было отмечено, что по статьяи 70 и 190¹ УК РСФСР за период с 1967 по 1975 г. было осуждено 1583 чел. Андропов указывал на «смягчение режима», так как за предшествующий девятилетний период (1958–1966 гг.) число осужденных за антисоветскую агитацию и пропаганду было в 2,1 раза больше — 3448 чел. Он отмечал, что «в 1958 году, т. е. как раз в тот период, который нередко называется на Западе «периодом либерализации» и к которому относится заявление Н.С. Хрущева (27 января 1959 г.) об отсутствии «фактов привлечения к судебной ответственности за политические преступления», по статье 70 было осуждено 1416 человек, т. е. почти столько, сколько за все последние девять лет». На момент составления записки в исправительно-трудовых учреждениях отбывали наказание 860 чел., «осужденных за особо опасные государственные преступления, в том числе за антисоветскую агитацию и пропаганду… 261 человек»[1448].

Ю.В. Андропов подчеркивал, что «в соответствии с указаниями XXIV съезда партии и ЦК КПСС, органы госбезопасности делают упор на предупредительно-профилактическую работу по предотвращению государственных преступлений» (а не уголовное преследование. — Ф.С.). В 1971–1974 гг. было «профилактировано» более 63,1 тыс. чел. и «пресечена на стадии формирования деятельность 1839 антисоветских групп»[1449].