Эпоха Брежнева: советский ответ на вызовы времени, 1964-1982

Слабые стороны советского ответа на вызовы времени сочетались с угрозами, т. е. негативными для интересов советской системы и идеологии обстоятельствами (можно назвать их также катализаторами вызовов). Разрушалась «сакральность» главного советского вождя — В.И. Ленина, не говоря уже о снижении авторитета Л.И. Брежнева и других руководителей, обусловленном в том числе проблемой геронтократии. Сохранение у властей пренебрежительного отношения к интеллигенции способствовало росту ее «фронды» и диссидентства. В массовом сознании усиливались несистемные проявления, а также лжелояльность. Уверенность властей в превалировании «советского», «социалистического образа жизни» и формировании советского народа как «новой общности» была необоснованной. Возрастало зарубежное информационно-идеологическое давление на население СССР. Опасным для системы было окостенение власти, превращение номенклатуры в «элитарную» касту, а также разрастание коррупции и теневой экономики.

Одной из серьезных угроз для советской системы была чрезмерно высокая самооценка властями своих достижений и низкий уровень самокритики. С этим сопрягалась проблема самообмана, «лакировки» реальной действительности, которая стала одной из характеристик советской системы управления. В частности, слабость ответа на западные идеи была обусловлена тем, что советские эксперты необъективно оценивали ситуацию в «капиталистическом мире» — причем не только в пропаганде, но и в «закрытых», секретных документах «для внутреннего пользования», где можно было спокойно давать правдивые оценки, не боясь их обнародования. Вследствие этого была неадекватной и информационная основа, от которой отталкивались в СССР при разработке ответов на вызовы.

Рост уровня жизни в Советском Союзе буксовал. В стране нарастали проблемы с обеспечением людей самыми необходимыми товарами и продуктами питания.

Итоги

Таким образом, в 1964 г. Л.И. Брежнев получил под свое руководство страну еще крепкую, но находившуюся перед лицом серьезных «внутренних» и «внешних» вызовов.

На эти вызовы власти СССР попытались дать ответ.

Очевидно, этот ответ не был достаточно эффективным. Произошло либо ухудшение идейно-политической ситуации в стране и мире (с точки зрения целей и интересов советского руководства), либо она, как минимум, не улучшалась. Прежде всего, это демонстрируют показатели массового сознания в СССР — к началу 1980-х гг. расширялись критические, негативные оценки происходящего в стране, диссидентские проявления и «западнизация» (с тенденцией ее перехода из культурной в политическую сферу), росла апатия и атомизация, снизился тонус общества. Все эти проблемы ярко проявились в годы перестройки, которая началась в СССР через 2,5 года после ухода Л.И. Брежнева (а еще через 6,5 года Советский Союз прекратил свое существование).

Причиной неэффективности концепции «развитого социализма» и других советских исканий было то, что потенциально сильные стороны этого ответа не были реализованы, а имевшиеся возможности — не использованы. В свою очередь, слабые стороны и угрозы оказались более значимыми.

Во-первых, ответ остался слабым в идейно-теоретическом плане. Концепция «развитого социализма» была недоработанной, расплывчатой, сформулированной путано или через тавтологию. Можно сказать, что название этой концепции было ее самым сильным местом (притом оно не было советским изобретением). Незавершенность процесса переработки идеологии отразила ее кризис. Сомнительным аспектом советского ответа на вызовы была широкомасштабная пропаганда восстановления «ленинских основ» идеологии и идеологии, так как «сакральность» личности В.И. Ленина уже начала снижаться.

Главной причиной застопоривания доработки концепции «развитого социализма» была догматическая скованность, ригидность советской идеологии. Для жизнеспособности любых идей нужна их регулярная ревизия, иначе они перестанут соответствовать нуждам дня. Это пытались сделать в СССР, однако не довели до конца из опасения, что такая ревизия перейдет допустимые границы, перестанет соответствовать догмам. Отклонение от догм несло угрозу краха всей системы. Поэтому в Советском Союзе почти автоматически отвергали любые идеи, обоснование которым нельзя было найти у «основоположников». В свою очередь, самостоятельные, неподконтрольные попытки идейных исканий в соцстранах Восточной Европы (где изначально и возникла концепция «развитого социализма») были пресечены. Еще одной причиной застопоривания переработки идеологии было вызванное событиями в Чехословакии консервативное изменение курса советской политики.