Эпоха Брежнева: советский ответ на вызовы времени, 1964-1982

В СССР действительно был отмечен рост уровня жизни[877], обусловленный в первую очередь политикой государства в социально-экономической сфере. В стране была поставлена цель «развития материальных условий для создания изобилия». Советские идеологи заявили, что изобилие будет достигнуто именно в «развитом социалистическом обществе», и это якобы признавали даже идеологические противники СССР (в частности, Дж. Гэлбрейт). На совещании в апреле 1973 г. Л.И. Брежнев подчеркнул, что во всем мире взят аналогичный курс[878].

Расцвет советского «государства благосостояния» пришелся на вторую половину 1960-х — начало 1970-х годов[879]. Так, в 1965–1975 гг. обеспеченность телевизорами выросла с 24 до 74 шт. на 100 семей, холодильниками — с 11 до 61 шт., стиральными машинами — с 21 до 65 шт., соответственно[880].

Усиление в советском обществе значимости «материального интереса» и формирование «общества потребления» власти СССР решили использовать для пользы государства путем расширения материального стимулирования, которое должно было мотивировать людей лучше работать, чтобы получить за выполненную работу больше денег.

Эта практика применялась в стране и ранее, но недостаточно широко. Как отмечал И.Н. Буздалов, в стране господствовала концепция, что «товарно-денежные отношения при социализме — это рудименты капитализма в социалистической экономике, а посему подлежат всемерному ущемлению», вследствие чего «существенно была подорвана материальная заинтересованность работников… В конечном итоге это привело к замедлению темпов развития общественного производства, снижению его экономической эффективности». Например, «установление экономически необоснованных [низких] цен на продукцию колхозов и совхозов повлекло за собой резкое снижение рентабельности сельскохозяйственного производства»[881]. Людям стало невыгодно не просто хорошо работать в колхозе или совхозе, но и работать там вообще.

Систему материальной заинтересованности пробовали расширить еще в период правления Н.С. Хрущева, и тогда была доказана ее действенность. Так, до 1958 г. производство сахарной свеклы поощрялось повышенными ценами, и это способствовало значительному росту урожайности и общего объема производства этой продукции. Затем средняя цена реализации свеклы была снижена, и это немедленно отразилось на уровне производства в худшую сторону. Советские экономисты приводили в пример и опыт других соцстран, например, Польши, где полностью подтвердилось «важное значение принципа материальной заинтересованности в развитии народного хозяйства»[882].

В 1963 г. академик В.С. Немчинов опубликовал брошюру под названием «О дальнейшем совершенствовании планирования и управления народным хозяйством», в которой указал на необходимость расширения системы материального стимулирования. Он писал, что «в условиях социализма осуществляется закон равной оплаты за равный труд. Однако понятие «равный труд» не может быть ограничено только равной квалификацией, равной затратой рабочего времени и равной интенсивностью труда. Понятие «равный труд» включает в себя также и равную производительность труда… равные результаты труда (при равных условиях приложения труда)». Поэтому, как указывал Немчинов, «более производительный труд при прочих равных условиях должен иметь более высокую оплату» за счет системы материального поощрения, которая должна включать и зарплату, и «соответствующее улучшение коммунальных и бытовых условий жизни трудящихся». Он полагал, что «в ряде отраслей, например на предприятиях по бытовому обслуживанию населения, фонд зарплаты должен создаваться из комиссионных отчислений от стоимости реализованных товаров или оказанных услуг, оцененных по твердым ставкам и расценкам», и также «все большая часть труда колхозников должна оплачиваться в денежной форме»[883]. Инициативы поступали и с мест — так, в республиках Средней Азии вносились предложения об усилении материального поощрения производства хлопка — как за его сверхплановую сдачу государству, так и за превышение плановой урожайности на гектаре[884].