Эпоха Владимира Путина. К вопросу об исторической миссии второго президента России

В задачи настоящей работы не входит профессиональный анализ состояния экономики страны. Это надо оставить ученым-экономистам. Нас занимает другой вопрос: сумеет ли Владимир Путин до конца начатой им эпохи создать условия для вывода экономики из того кризиса, куда она ввалилась после 2008 года? Как представляется мне, использованием одних чисто экономических инструментов искомой задачи не решить. Кризис не только глубок, экономику лихорадит с опасной стабильностью. После того как в 2008 году ВВП вырос на 5,25 %, в 2009-м этот показатель рухнул сразу на минус 7,8 %, потом подрос, но в 2015 году опять минус 3,8 %. В 2017 году за период с января по ноябрь, несмотря на надежды Минэкономразвития, рост ВВП, по данным Внешэкономбанка России, составил всего 1,4 %.

Похоже, что, если в предстоящем шестилетнем периоде президент не включит внеэкономические стимулы роста, страна так и застрянет на динамике в 1–2 % роста ВВП. Сегодня, как и в 1930-х годах, когда перед нашей страной стояла безальтернативная задача провести ускоренную индустриализацию, без мобилизации психологического энтузиазма масс обеспечить выход на высокие, выше мировых, темпы роста ВВП возможным не представляется. А этого можно добиться только в том случае, если перед всем населением страны будет поставлена цель в развитии общества на ближайший исторический период и на десятилетия вперед.

Цель, конечно, категория философская, но совсем не отвлеченно абстрактная. Даже притом, что философские словари определяют ее как мыслительный продукт, внутренне побуждающий к действию мотив и представление о некоем общем благе, идеале, ради достижения которого люди совершают конкретные действия.

В нынешних сложившихся за три десятилетия условиях цель такого рода может поставить перед российским населением только Владимир Путин, но как раз он-то такой конструкцией в своем идейном портфеле не располагает. На это обстоятельство сегодня президенту указывают все существующие в нашем обществе политические силы, кроме разве что тех, кто находится в непосредственной к нему близости.

В этом плане, при всем критическом отношении в среде нашего народа к политическому опыту М.С. Горбачева, трудно не согласиться с его оценкой на этот счет. 20 апреля 2017 года в специальной колонке журнала The Time (США), посвященной Путину и президентским выборам в РФ, экс-президент СССР написал: «Столкнувшись с кризисом, который он унаследовал от своего предшественника, президент Владимир Путин преуспел в стабилизации ситуации, сохранении Российского государства и укреплении его экономической позиции…На начальном этапе некоторые меры авторитарного характера – некоторого рода ручное управление – были оправданы. Но с течением времени изъяны стали более очевидными». И продолжил: «Сегодня, хотя международная повестка продолжает быть важной, в равной степени неотложны внутренние проблемы России: находящаяся в стагнации экономика и падающий уровень жизни; массовая бедность, коррупция и незаконное обогащение меньшинства; упадок образования, здравоохранения и науки». По мнению Горбачева, эти проблемы невозможно решить «без изменения в правительственной системе».

Экс-президент СССР знает, о чем он пишет, ведь именно в таких, совершенных им самим в 1985–1990 годах ошибках люди упрекают его самого. Так, может быть, именно в силу этого стоит сегодня прислушаться к его словам?

Но прислушаться – это означает по-иному подойти к формированию кадров. Однако как раз этому вопросу Путин в последние годы уделял меньше внимания, чем внешнеполитическим вопросам. Оставив эту сферу деятельности правительству РФ во главе с Д. Медведевым и подобранной этим последним команде министров, Путин упустил возможность наполнить эту сферу кадрами, способными адекватно соответствовать ставимым историческими обстоятельствами задачам в области экономической и социальной сферами.

Нельзя при этом сказать, что президент не пытался что-то предпринять в этой области. За последние 18 лет он сменил несколько председателей кабинета министров (М. Касьянов, М. Фрадков, в 2008–2011 годах сам брался за этот воз), но в конечном итоге мы сегодня находимся там, где мы есть, прежде всего потому, что не только экономический блок правительства, но и создаваемые президентом аналитические структуры, типа Центра стратегических разработок во главе с А. Кудриным, смотрят назад, в 1990-е годы, а не вперед и стремятся убедить главу государства в абсолютной правоте своих рекомендаций. Так происходит, например, с идеей цифровизации экономики, которую президенту представили как панацею от экономического тупика.