Читаем Эпоха Владимира Путина. К вопросу об исторической миссии второго президента России полностью

– Туда много кто входил и входит. Они все на слуху – и Кузьминов, и Юргенс, и другие: это все одна лоббистская группа, эдакий политический слой. И при решении кадровых вопросов включаются в действие эти лоббисты, начинается перетягивание каната. Зурабов совсем не случайно стал министром здравоохранения. Также не случайно он был назначен и послом на Украину. Кстати, мало кто знает, что Зурабов – бизнес-партнер Порошенко. А еще Генри Форд говорил: «Я не понимаю бизнеса, основанного на дружбе, но я понимаю дружбу, основанную на бизнесе».


– Вы считаете, что вариант с назначением Зурабова верный, поскольку он бизнес-партнер Порошенко?

– Нет, конечно. Еще Маркс говорил, что истина всегда конкретна. Мы можем рассуждать очень много и долго, но если мы не будем наполнять наши размышления конкретным материалом, то никогда не приблизимся к тому, что называется истиной…

Вот и с Зурабовым ситуация непростая. Чтобы не быть голословным, приведу выдержку из очень популярной в российском политическом классе многотиражной газеты (число читателей переваливает за один миллион): назначение Зурабова сыграло немалую роль в обострении российско-украинских отношений. В самый их разгар «посол Зурабов сознательно блокировал на уровне посольства разведывательную и аналитическую информацию о возможном негативном развитии событий на Украине». В это же время Зурабов воспользовался своим положением, для того чтобы завести «совместный бизнес с будущим президентом Украины П. Порошенко» («Аргументы неделi», № 31, 21 августа 2014 г.).


– В предисловии к вашей новой книге вы пишете: «Судя по его собственным оценкам, Путин давно уже отдает себе отчет в том, что сталинская формула «Кадры решают все» актуальна и в нынешних условиях». И объясняете, почему у Путина не хватает достойных кадров и почему на уровне губернаторов идет постоянная ротация, а на уровне министров, наоборот, полная несменяемость. И вдруг приходите к неожиданному выводу: виновата коллективизация, которая подорвала основы русского народа – все основы, в том числе и кадровые.

Думается, это слишком: разве Сталин виноват в том, что, кроме Зурабова, не предлагаются другие кандидатуры? Или что – нет другого министра образования помимо Ливанова?

– И все же – давайте зададимся вопросом: сколько раз срезали интеллектуальный слой русского народа после 1917 года? Вначале вернувшийся в страну Ленин и его эмигрантское окружение в ходе Гражданской войны физически уничтожили прежний, сконцентрированный в городах, профессиональный управленческий слой российского общества, а позже выслали или вынудили эмигрировать интеллигенцию. А довершил эту работу уже Сталин. Проведя коллективизацию, он в буквальном смысле слова срезал весь довольно тонкий, активный управленческий слой крестьянского людского моря. Обезглавил, оставив лишь серую массу безынициативных людей, образно говоря, оставил крестьянский массив без головы.

Я лет сорок занимаюсь изучением политической истории России советского периода и отдельно темой Сталина. Кадры в России всегда выкристаллизовывались из общего русского моря, а это русское море всегда было крестьянством. И если мы говорим о русском народе, то что это такое? Это всегда было крестьянство.


– Почти 90 % населения.

– Именно. И крестьянство двигало наверх Ломоносовых… Сталин срезал верхний слой крестьянства. До сих пор точных цифр того, сколько людей было не просто раскулачено, а уничтожено, – нет.


– А какую цифру можете назвать вы?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Целительница из другого мира
Целительница из другого мира

Я попала в другой мир. Я – попаданка. И скажу вам честно, нет в этом ничего прекрасного. Это не забавное приключение. Это чужая непонятная реальность с кучей проблем, доставшихся мне от погибшей дочери графа, как две капли похожей на меня. Как вышло, что я перенеслась в другой мир? Без понятия. Самой хотелось бы знать. Но пока это не самый насущный вопрос. Во мне пробудился редкий, можно сказать, уникальный для этого мира дар. Дар целительства. С одной стороны, это очень хорошо. Ведь благодаря тому, что я стала одаренной, ненавистный граф Белфрад, чьей дочерью меня все считают, больше не может решать мою судьбу. С другой, моя судьба теперь в руках короля, который желает выдать меня замуж за своего племянника. Выходить замуж, тем более за незнакомца, пусть и очень привлекательного, желания нет. Впрочем, как и выбора.

Лидия Андрианова , Лидия Сергеевна Андрианова

Публицистика / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Попаданцы / Любовно-фантастические романы / Романы
Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
Царь славян
Царь славян

НАШЕЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ СЕМЬ ВЕКОВ!Таков сенсационный вывод последних исследований Г.В. Носовского и А.Т. Фоменко в области хронологии и реконструкции средневековой истории. Новые результаты, полученные авторами в 2003–2004 годах, позволяют иначе взглянуть на место русского православия в христианстве. В частности, выясняется, что Русь была крещена самим Христом в XII веке н. э. А первый век от Рождества Христова оказывается XIII веком н. э. Авторы совершенно не касаются вопросов веры и богословия и не обсуждают ни одного из церковных догматов. В книге затрагиваются исключительно вопросы историко-хронологического характера. Предлагаемая реконструкция является пока предположительной, однако, авторы гарантируют точность и надёжность вычисленных ими датировок.Книга «Царь Славян» посвящена новой, полученной авторами в 2003 году, датировке Рождества Христова 1152 годом н. э. и реконструкции истории XII века, вытекающей из этой датировки. Книга содержит только новые результаты, полученные авторами в 2003 году. Здесь они публикуются впервые.Датировка эпохи Христа, излагаемая в настоящей книге, является окончательной, поскольку получена с помощью независимых астрономических методов. Она находится в идеальном соответствии со статистическими параллелизмами, что позволяет в целом завершить реконструкцию письменной истории человечества, доведя её до эпохи зарождения письменности в X–XI веках. Новый шаг в реконструкции всеобщей истории, изложенный в книге, позволяет совсем по-другому взглянуть на место русского православия в христианстве.Авторы совершенно не касаются вопросов веры и богословия и, в частности, не обсуждают ни одного из церковных догматов. В книге затрагиваются исключительно вопросы историко-хронологического характера. Как отмечают авторы, предлагаемая ими реконструкция является пока предположительной. В то же время, авторы отвечают за точность и надёжность вычисленных ими датировок.Книга предназначена для самого широкого круга читателей, интересующихся историей христианства, историей Руси и новыми открытиями в области новой хронологии.

Анатолий Тимофеевич Фоменко , Глеб Владимирович Носовский

Публицистика
Том II
Том II

Юрий Фельзен (Николай Бернгардович Фрейденштейн, 1894–1943) вошел в историю литературы русской эмиграции как прозаик, критик и публицист, в чьем творчестве эстетические и философские предпосылки романа Марселя Пруста «В поисках утраченного времени» оригинально сплелись с наследием русской классической литературы.Фельзен принадлежал к младшему литературному поколению первой волны эмиграции, которое не успело сказать свое слово в России, художественно сложившись лишь за рубежом. Один из самых известных и оригинальных писателей «Парижской школы» эмигрантской словесности, Фельзен исчез из литературного обихода в русскоязычном рассеянии после Второй мировой войны по нескольким причинам. Отправив писателя в газовую камеру, немцы и их пособники сделали всё, чтобы уничтожить и память о нем – архив Фельзена исчез после ареста. Другой причиной является эстетический вызов, который проходит через художественную прозу Фельзена, отталкивающую искателей легкого чтения экспериментальным отказом от сюжетности в пользу установки на подробный психологический анализ и затрудненный синтаксис. «Книги Фельзена писаны "для немногих", – отмечал Георгий Адамович, добавляя однако: – Кто захочет в его произведения вчитаться, тот согласится, что в них есть поэтическое видение и психологическое открытие. Ни с какими другими книгами спутать их нельзя…»Насильственная смерть не позволила Фельзену закончить главный литературный проект – неопрустианский «роман с писателем», представляющий собой психологический роман-эпопею о творческом созревании русского писателя-эмигранта. Настоящее издание является первой попыткой познакомить российского читателя с творчеством и критической мыслью Юрия Фельзена в полном объеме.

Николай Гаврилович Чернышевский , Юрий Фельзен , Леонид Ливак

Публицистика / Проза / Советская классическая проза