Читаем Эпоха Владимира Путина. К вопросу об исторической миссии второго президента России полностью

– На первом плане стояло – русский?

– На первом плане стояло: русский руководящий работник.

Если русский, то, будь добр, бери метлу и иди работай. Сторожем – тоже пожалуйста. Вот с последствиями чего столкнулся сейчас Путин.


– Дмитрий Медведев, будучи президентом России, заявил, что создаст скамейку запасных руководителей, не менее сотни человек. И начал создавать. Среди прошедших отбор были и молодые люди. И где они все?

– Скажу больше: в прошлом году президент РФ подписал указ «О Комиссии при Президенте Российской Федерации по вопросам государственной службы и резерва управленческих кадров». Комиссия работает, но результатов деятельности ее пока не заметно.


– Так в чем дело?

– Ну нет их, кадров.


– Не может такого быть. Вы посмотрите, сколько граждан России работает за рубежом и достигает выдающихся успехов. Неужели все способные к государственной службе уехали и никого уже не осталось?

– Во-первых, не так много уехало. А во-вторых, в чем они достигают успехов? В науке, искусстве, в некоторых (в некоторых!) сегментах бизнеса… Это такая тоненькая пленочка, которая не имеет отношения к управлению ни народным хозяйством, ни экономикой, ни социальными процессами. Они просто на виду.


– Но ведь у нас есть Академия госслужбы при президенте, где должны готовить соответствующие кадры.

– Путин постоянно, а особенно в последние два – два с половиной года, шерстит губернаторов. Ежегодно приходится снимать с должности треть. Приходят новые и занимаются тем же – воруют. И при этом еще и не умеют управлять регионами.


– Неужели даже при оскудевшем кадровом потенциале нельзя найти в столь большой России самородков? Просто до сих пор не удается обуздать либеральный разгул, начавшийся еще двадцать с лишним лет тому назад…

– Действительно, мы по-прежнему упираемся в тот политический класс, который пришел к власти в 1991 году. Он держит и сегодня многие ключевые высоты… Эти люди и кадровую селекцию проводят, и бьют по головам тех, кто мог бы вырасти в хорошего руководителя.

Вообще говоря, мы видим сейчас двоевластие в политическом классе, вокруг Путина борются две очень мощные группировки. Путин стоит над ними…


– Кстати, мы никак не затронули систему негативного отбора, который особенно яростно проводился в 1990-х годах. А ведь проводился он и после войны: многих фронтовых героев задвигали тогда куда подальше, ведь они люди прямые, люди действия.

– Дело в том, что русский народ после войны поднял голову – это он ту войну выиграл. Сталин это отметил, но ему этот факт не понравился.

И были ли извлечены все уроки из той войны? Я в 1961 году, будучи солдатом, членом сборной команды спортсменов Вооруженных сил СССР, лично разговаривал с маршалом Рокоссовским, он был очень интеллигентный человек. Когда я спросил его: «У вас громадный опыт, он, наверное, востребован?» Маршал сказал: «К сожалению, нет».


– Кстати, в армии особые отделы «фильтровали» людей, способных на самостоятельные поступки, их тоже старались задвигать.

– В мирное время и в армии трудно продвинуться самостоятельному человеку. Еще труднее, чем на гражданке.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Целительница из другого мира
Целительница из другого мира

Я попала в другой мир. Я – попаданка. И скажу вам честно, нет в этом ничего прекрасного. Это не забавное приключение. Это чужая непонятная реальность с кучей проблем, доставшихся мне от погибшей дочери графа, как две капли похожей на меня. Как вышло, что я перенеслась в другой мир? Без понятия. Самой хотелось бы знать. Но пока это не самый насущный вопрос. Во мне пробудился редкий, можно сказать, уникальный для этого мира дар. Дар целительства. С одной стороны, это очень хорошо. Ведь благодаря тому, что я стала одаренной, ненавистный граф Белфрад, чьей дочерью меня все считают, больше не может решать мою судьбу. С другой, моя судьба теперь в руках короля, который желает выдать меня замуж за своего племянника. Выходить замуж, тем более за незнакомца, пусть и очень привлекательного, желания нет. Впрочем, как и выбора.

Лидия Андрианова , Лидия Сергеевна Андрианова

Публицистика / Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Попаданцы / Любовно-фантастические романы / Романы
Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
Царь славян
Царь славян

НАШЕЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ СЕМЬ ВЕКОВ!Таков сенсационный вывод последних исследований Г.В. Носовского и А.Т. Фоменко в области хронологии и реконструкции средневековой истории. Новые результаты, полученные авторами в 2003–2004 годах, позволяют иначе взглянуть на место русского православия в христианстве. В частности, выясняется, что Русь была крещена самим Христом в XII веке н. э. А первый век от Рождества Христова оказывается XIII веком н. э. Авторы совершенно не касаются вопросов веры и богословия и не обсуждают ни одного из церковных догматов. В книге затрагиваются исключительно вопросы историко-хронологического характера. Предлагаемая реконструкция является пока предположительной, однако, авторы гарантируют точность и надёжность вычисленных ими датировок.Книга «Царь Славян» посвящена новой, полученной авторами в 2003 году, датировке Рождества Христова 1152 годом н. э. и реконструкции истории XII века, вытекающей из этой датировки. Книга содержит только новые результаты, полученные авторами в 2003 году. Здесь они публикуются впервые.Датировка эпохи Христа, излагаемая в настоящей книге, является окончательной, поскольку получена с помощью независимых астрономических методов. Она находится в идеальном соответствии со статистическими параллелизмами, что позволяет в целом завершить реконструкцию письменной истории человечества, доведя её до эпохи зарождения письменности в X–XI веках. Новый шаг в реконструкции всеобщей истории, изложенный в книге, позволяет совсем по-другому взглянуть на место русского православия в христианстве.Авторы совершенно не касаются вопросов веры и богословия и, в частности, не обсуждают ни одного из церковных догматов. В книге затрагиваются исключительно вопросы историко-хронологического характера. Как отмечают авторы, предлагаемая ими реконструкция является пока предположительной. В то же время, авторы отвечают за точность и надёжность вычисленных ими датировок.Книга предназначена для самого широкого круга читателей, интересующихся историей христианства, историей Руси и новыми открытиями в области новой хронологии.

Анатолий Тимофеевич Фоменко , Глеб Владимирович Носовский

Публицистика
Том II
Том II

Юрий Фельзен (Николай Бернгардович Фрейденштейн, 1894–1943) вошел в историю литературы русской эмиграции как прозаик, критик и публицист, в чьем творчестве эстетические и философские предпосылки романа Марселя Пруста «В поисках утраченного времени» оригинально сплелись с наследием русской классической литературы.Фельзен принадлежал к младшему литературному поколению первой волны эмиграции, которое не успело сказать свое слово в России, художественно сложившись лишь за рубежом. Один из самых известных и оригинальных писателей «Парижской школы» эмигрантской словесности, Фельзен исчез из литературного обихода в русскоязычном рассеянии после Второй мировой войны по нескольким причинам. Отправив писателя в газовую камеру, немцы и их пособники сделали всё, чтобы уничтожить и память о нем – архив Фельзена исчез после ареста. Другой причиной является эстетический вызов, который проходит через художественную прозу Фельзена, отталкивающую искателей легкого чтения экспериментальным отказом от сюжетности в пользу установки на подробный психологический анализ и затрудненный синтаксис. «Книги Фельзена писаны "для немногих", – отмечал Георгий Адамович, добавляя однако: – Кто захочет в его произведения вчитаться, тот согласится, что в них есть поэтическое видение и психологическое открытие. Ни с какими другими книгами спутать их нельзя…»Насильственная смерть не позволила Фельзену закончить главный литературный проект – неопрустианский «роман с писателем», представляющий собой психологический роман-эпопею о творческом созревании русского писателя-эмигранта. Настоящее издание является первой попыткой познакомить российского читателя с творчеством и критической мыслью Юрия Фельзена в полном объеме.

Николай Гаврилович Чернышевский , Юрий Фельзен , Леонид Ливак

Публицистика / Проза / Советская классическая проза