Эра млекопитающих: Из тени динозавров к мировому господству

К концу мелового периода и многобугорчатые, и терии добились успеха там, где отступили другие млекопитающие с более примитивными зубными системами, и теперь они двинулись в победоносный поход через континенты Северного полушария. Но что происходило на южных материках — в нарождающихся Африке, Южной Америке, Австралии, Индии и Антарктиде? Возможно, многобугорчатые и терии в меловом периоде туда не добрались — правдоподобный сценарий, так как в юрском и меловом периодах северные и южные осколки прежней Пангеи неуклонно расходились, словно два взаимно отталкивающихся магнита. В пору меловой революции цветковых север и юг разделяло широкое водное пространство на экваторе — море Тетис.

Десятилетиями, пока пустыня Гоби, европейские острова и североамериканские поймы выдавали секреты своих меловых млекопитающих, об австралийской фауне не было известно практически ничего. Затем, в 1980–1990-х гг., появились кое-какие многообещающие находки: немногочисленные, но странные зубы и челюсти. А может, они просто показались необычными палеонтологам, привыкшим к северной фауне? Некоторые из зубов с юга принадлежали травоядным, но это были высокие коренные зубы со складчатой эмалью, скорее напоминавшие зубы лошади в миниатюре, чем многобугорчатого. Что еще больше озадачивало, зубы других животных казались трибосфеническими, у них имелись тригонид и талонид, но форма и расположение бугорков не вписывались ни в какие стандарты. Кто это были — многобугорчатые, терии или что-то совсем другое?

Джон Хантер — наверное, второй по известности среди всех, кто не доучился в Эдинбургском университете. Трудно потягаться с Чарльзом Дарвином, который в 1820-х гг. не осилил там курс медицины, — его отвращение к крови оказалось непреодолимым препятствием для карьеры врача, которую прочил ему отец. Каждую осень, читая вступительную лекцию по эволюции первокурсникам в Эдинбургском университете, я говорю им, что если они дотерпят до защиты диплома, то превзойдут Дарвина.

Как и у Дарвина, у Хантера все сложилось к лучшему. Бросив учебу в 1754 г., он сделал то, что делают многие неприкаянные молодые парни с незапамятных времен, — поступил служить на флот. Вскоре из юнги он стал матросом, а затем и младшим офицером, и следующие несколько десятилетий ему скучать не пришлось — Британия правила морями. Он сражался против французов во время Семилетней войны, путешествовал в Вест— и Ост-Индию, как минимум однажды обошел весь Южный Ледовитый океан и участвовал в нескольких боях Американской революции. После капитуляции перед силами Вашингтона в Йорктауне британцы лишились возможности ссылать своих осужденных в американские колонии, и им требовался новый план. И вот в 1787 г. снарядили Первый флот к далеким берегам одной из земель, колонизированных совсем недавно, — Австралии. На шести кораблях везли арестантов, на трех — припасы, а еще два обеспечивали морской конвой. Капитаном одного из двух конвойных кораблей, «Сириуса», был Хантер.

Хантер полюбил Австралию, но отношения с ней у него складывались непросто. Когда в начале 1788 г. флот прибыл, оказалось, что новая земля куда менее приветлива, чем ему обещали, и Хантер отправился искать более гостеприимные места на коварном юго-восточном побережье Австралии. Он обследовал реку Парраматта — главный приток залива, который был хорошо защищен, легко доступен, а поблизости хватало пресной воды и плодородной почвы. Это место и станет центром исправительной колонии, и назовут его Сиднеем. Затем Хантера отозвали обратно в Англию. Вновь поучаствовав в любимом развлечении Королевского флота — боях с французами, Хантер пожелал снова вернуться в Австралию. на этот раз не в качестве капитана корабля, а на должность губернатора колонии Новый Южный Уэльс. Его назначение было одобрено, и в 1795 г. он приступил к исполнению своих обязанностей. Долго он не продержался. В конце 1799 г. его уволили, так как ему оказалось не под силу пресечь коррупцию среди военных — те в сговоре со ссыльными занимались контрабандой алкоголя. Это занятие приносило недобросовестным офицерам фантастические доходы, и впоследствии начался бунт.