«Эскадрон смерти» из космоса. Звездные каратели

— В яблочко, блин. — Голос Алекса звучал непривычно безэмоционально, почти скучно. — И заметь, это не я сказал. Еще они могут использовать машины для освоения других планет в своем времени, но это вряд ли. Наши роботы не пострадали, значит, в рейд направят именно их. А рейд — это почти всегда бой. Как думаешь, найдется среди выживших пилотов такой кретин, который подставит спину двум предателям?

— Они были убийцами. — В голосе Сергея ледяная ненависть. — И предателем я себя не считаю!

— Полностью согласен. Но они были с нами в одной команде. То есть — соратниками. И если у Вэнса — а командовать, скорее всего, будет именно он — осталась хоть капля здравого смысла, он не возьмет ненадежных людей в команду. Просто для самосохранения.

В комнате повисло тяжелое молчание.

Солнечная система. Планета Земля. СССР. Где-то под Москвой. 30 января 1978 года. 11 часов 25 минут

Три месяца интенсивных допросов позади. Интенсивных не в смысле применения «особых методик» и «спецсредств», а просто по десять-двенадцать часов в день, обо всем подряд. Вначале на «Овод» Котинского положили глаз моряки. Их заинтересовала «подводная лодка», способная доплыть до удаленного острова и, выйдя на сушу, зачистить берег для морской пехоты. Или устроить диверсию и уплыть. Но их ждало суровое разочарование. Когда Котинский рассказал, что до острова добирался «зайцем» на попутном финском контейнеровозе, а мореходность его аппарата приближается к характеристикам лучших военно-морских якорей, интерес уменьшился. Была идея использовать «Овод» для усиления морской пехоты, но и она угасла, когда Котинский объяснил, что морской воды его аппарат, строго говоря, не любит. Робот с пилотом вместе передали, наконец, армейцам.

Для самого Владислава это выразилось только в замене одних особистов другими да в переезде из одного надежно охраняемого бункера в другой такой же. И вот наступили изменения. В комнате для допросов Котинского ждал незнакомец в штатском.

— Присаживайтесь, Владислав. Изучив ваше дело, мы пришли к выводу, что лично вы невиновны в причинении какого-либо ущерба СССР, его союзникам и гражданскому населению Земли. Как выяснили наши эксперты, вы не произвели ни одного выстрела из имевшегося на борту оружия. Однако это не снимает с вас вины в соучастии в бандформировании, совершившем неспровоцированное нападение на территорию СССР. Учитывая вашу добровольную сдачу в плен и искреннее желание сотрудничать, органы следствия пришли к единодушному решению уголовное преследование в отношении вас прекратить. Таким образом, мы не имеем права далее ограничивать вашу свободу.

Котинский судорожно вздохнул. Отпустят! Но сразу же в голову пришла мысль — а куда отпустят? Куда идти, что делать?

Собеседник продолжил:

— Однако учитывая государственные интересы СССР, а также руководствуясь необходимостью обеспечить вашу собственную безопасность — а ваши коллеги оставили о себе далеко не самую добрую память, — просто так мы вас отпустить не можем. Вам нужны как минимум документы, новая биография, профессия. Могу предложить несколько вариантов трудоустройства…

— Вы знаете, — перебил Владислав — я хотел бы остаться пилотом робота. Вряд ли у вас много подготовленных кадров в этой области.

— Надо будет — подготовим, — собеседник выглядел откровенно недовольным, что его перебили. — Для этого нужно как минимум быть военнослужащим Советской Армии.

— А если как обычно — по договору найма?

— Наемничество является тяжким уголовным преступлением, причем во всех цивилизованных странах планеты. В нецивилизованные же вас не пустят, да вам и не захочется. Тем более что ваша боевая машина останется в распоряжении СССР как один из трофеев этой короткой войны.

Незнакомец сделал паузу.

— Итак, в густонаселенные районы мы вас отпустить не можем, потому что никакие подписки не оградят от случайных обмолвок, да и ваше бытовое поведение не может не отличаться от привычного в нашем мире. Могу предложить, например, должность лесника под Салехардом. Места там тихие, можно сказать — курортные. Такие тихие, что даже комары не гудят — от скуки дохнут. Или — рыбаком на Баренцевом море. Артель тихая — местные поморы, которые с посторонними дел никаких почти не ведут, и бывшие заключенные, вставшие на путь исправления. Тихие, безопасные места с возможностью надежной охраны.

— А что вы говорили насчет армии?

— Ну, для этого необходимо выполнить ряд условий. Во-первых, написать ходатайство о предоставлении вам гражданства СССР. Затем выразить желание служить в рядах Вооруженных Сил. Пройти первоначальную подготовку, в первую очередь — изучение уставов и наставлений. Принять присягу. Затем — пройти аттестацию на присвоение воинского звания. Достаточно хлопотно, правда? Ну, и каким будет ваше решение?

Котинский представил себя на утлой лодчонке в водах холодного океана в компании угрюмых аборигенов и «бывших» уголовников. Стало невыразимо тоскливо.

— Давайте в армию.