«Эскадрон смерти» из космоса. Звездные каратели

Вэнс Стиллман дошел до поставленной стоймя бетонной плиты с нарисованной большой белой цифрой 1, аккуратно развернулся и двинулся неспешным шагом к такой же плите, но с цифрой 2. «Нет, все же небольшая раскачка есть, гироскоп работает с перегрузкой. Надо будет укоротить ствол. Н-да, я думал, что у нас самые безбашенные техи, но этот Сергей на своем уроде их переплюнул, причем с запасом. А местные… вот уж кто совсем с головой не дружит. Хотя идеи порой выдают просто гениальные. А уж исполнение этих идей…»

Прошел уже почти год с тех пор, как наемное подразделение «Эскадрон смерти» высадилось на этой планете. Высадилось, чтобы умыться кровью. Сам тогда он отделался сравнительно дешево — сотрясение мозга и рваная рана на правой руке. Потом были месяц лечения в военном госпитале, допросы и согласие на работу на нового нанимателя — Министерство обороны Советского Союза. Тем более что выхода как такового не существовало. Ему прямо сказали, что в случае отказа сотрудничать убивать его не будут, но его будущее — это спецпоселение где-нибудь далеко от людей и надолго. Плата же была более чем щедрая. Как он потом узнал, на это предложение согласились все выжившие из «Эскадрона».

Затем полгода он работал как техник, разбирая и восстанавливая разбитых роботов, попутно изучая язык и переводя информацию со своего микрокомпьютера. Сначала его нанимателей интересовала информация по роботам, атмосферно-космическим истребителям и шаттлам, потом — по технологиям, потом — по истории и политической жизни Сферы Цивилизации.

Потом был шок оттого, что ему растолковали, ГДЕ и КОГДА они очутились. Правда, его успокоили, что это уже не их прошлое, а новое. За полгода СССР провел большую работу и повернул колесо истории в другом направлении. Несколько руководителей высокого ранга были отправлены на пенсию или переведены на новые места работы, некоторые арестованы, чуть изменилась внешняя и внутренняя политика — и все, возврата к известному ему прошлому, скорее всего, уже не будет. Страны Североатлантического альянса и государства Варшавского договора приступили к активному сотрудничеству, Соединенные Штаты и Советский Союз начали потихоньку сближаться, все еще недоверчиво поглядывая друг на друга. Исследования роботов, атмосферно-космических истребителей и шаттлов дали серьезный толчок к развитию науки и технологии. В свете полученных знаний и перспективных разработок начала медленно, но верно меняться геополитическая ситуация в мире. Нефтеносный Ближний Восток потихоньку начал утрачивать свое значение по мере осознания перспектив появления дешевых и эффективных термоядерных реакторов. А вот конфликт в Родезии, наоборот, стал привлекать все больше внимания. Все это шло вразрез с той историей, которая была известна Стиллману.

К весне семьдесят восьмого года в Советском Союзе сумели восстановить «Сапсан» Леи, «Беркем» Карлссона и «Атлант» Габриэллы. «Ревун» Вэнса, к его огромному сожалению, ремонту не подлежал. После попадания сразу нескольких ракет и снарядов в спину оказался поврежден подвес гироскопа. Огромный волчок весом несколько тонн сорвался с креплений. Прежде чем рассыпаться на куски, он размолотил на куски свой отсек и электронику, прихватил пару охладителей и напоследок пробил защиту реактора. В результате был необходим серьезный ремонт реактора и полная замена гироскопа, а выполнить такой ремонт на Земле не представлялось возможным. «Ревун» пошел донором на запчасти для других, более везучих роботов, а Стиллману предложили любого свободного робота на выбор. Вэнс, как специалист по тяжелым и штурмовым роботам, выбрал «Беркем».

К началу лета сумели подлатать второй «Беркем», «Гриф», «Страуса» и «Баллисту». На всех машинах были повреждения, но в основном мелкие. Исключением стал «Берк», доставшийся Стиллману; после того, как его буквально залили напалмом, его пришлось перебрать буквально подетально. Но если электронику, броню, охладители и кокпит пилота привели в порядок, то орудие оказалось повреждено без возможности восстановления. Тогда и родилась вполне безумная идея — заменить орудие каким-нибудь местным аналогом.

Было предложено несколько вариантов орудий: танковых, пехотных и морских. Однако после просчета параметров оригинального орудия «Беркема» специалисты сделали вывод: лучше сделать новое орудие, специально под конкретную машину, и к нему — специальный снаряд. Или снаряды — как получится. Пока же на «Беркем» ставили разные орудия и проверяли, подходят ли они по весу и как изменяется баланс и центр тяжести. На слова Вэнса о том, что можно вместо орудия поставить тяжелый лазер или импульсную пушку, просто не обращали внимания.