Налет полностью провалился. Все роботы и атмосферно-космические истребители, сброшенные на планету, уничтожены. Половина шаттлов — уничтожена. Остальные, в том числе и его, — повреждены и взлететь не могут. Все кончено.
Он кивнул своим мыслям и произнес, обращаясь к помощнику:
— Действуйте, а я пойду проверю реакторный отсек. Все ли там в порядке.
— В нашем положении сдаться — не самая плохая идея, а, капитан? — голос помощника звучал как-то безнадежно и заискивающе.
— Вот над этим-то я сейчас и думаю, — с кривой ухмылкой произнес капитан, стоя у дверей лифта.
Вокруг стоящего «Рассекателя» накапливались силы. Танки, бронемашины, советская и американская пехота стягивали кольцо вокруг поврежденного шаттла. Активно отстреливающийся вначале, сейчас он огрызался все реже и реже. Как оказалось, несколько ПТУР, попавших в турель, затыкают эту турель намертво. «ТОУ», «Драконы» и «Малютки» поработали на славу. Шла разработка плана по штурму, когда капитан «Рассекателя» сделал свой ход.
Стоящая туша шаттла задрожала и подпрыгнула. Из пробоин в корпусе ударили струи огня и дыма, несколько люков в корпусе вылетели наружу. Вокруг шаттла все превратилось в огненный ад. Капитан Халид предпочел смерть.
22 октября 1977 года произошло много разных событий. Но одно из них прошло почти незамеченным во всеобщей суматохе. Хотя последствия его были велики. В тот день пала Берлинская стена. Не буквально, нет. Бетонная стена продолжала стоять, почти целая. Просто она стала не нужна.
Сначала произошло событие, которое многим снилось в кошмарных снах, — советские танки и бронемашины на полном ходу влетели на территорию Западного Берлина, не встречая никакого сопротивления. Туда, где неведомый противник превращал жилые кварталы в руины. А потом было то, что не снилось никому: советские Т-72 и американские М60 «Паттон-четыре» вступили в бой против общего противника. Вместе дрались советские мотострелки и американская морская пехота. В небе над ФРГ и ГДР летали вперемешку «Фантомы» и МиГи. Вместе дрались, прикрывали друг друга, и вместе горели и погибали под огнем неведомого противника.
А затем через настежь открытые пропускные пункты в обе стороны потекли потоки машин и техники: БРЭМы, грузовики, кареты «Скорой помощи», тяжелая строительная техника, беспрепятственно в обе стороны шли люди — в форме и в штатском. Военные медицинские, саперные и инженерные части, гражданские врачи и строители. Русские, немцы и американцы работали плечом к плечу, растаскивая завалы, вытаскивая людей, оказывая помощь. Больницы и госпитали Западного Берлина и ГДР были забиты ранеными. На сортировке врачи руководствовались только критерием «доживет — не доживет», часто отправляя раненого русского солдата в ближайший госпиталь Западного Берлина, а обожженного достопочтенного бюргера — в медицинский центр Берлина Восточного. На несколько дней Берлин снова стал единым городом.
Через три часа, когда у автохтонов в зоне посадки остыли эмоции, вызванные гибелью закусочной, и они вспомнили о четвертом «железном яйце» — том, которое «взорвалось в воздухе» и рухнуло в Рейн, Владислав прошел около пятнадцати километров по дну реки. Пока растерзанный кокон вытащили на берег, пока пытались сообразить — вывернуло его наизнанку взрывом или как, успело стемнеть. К этому времени Кот выявил несколько каналов широковещательных программ, успел послушать радио (ничего не понял в его передачах, поскольку немецким не владел) и не мог сообразить, почему нет раскодирования видеоряда? Неужели местные параноики применяют какую-то изощренную систему шифрования в коммерческом вещании? Кот решил проверить лично, чем занят комп. Оказалось, что железяка упорно пыталась найти и раскодировать третью координату в стереовещании. Просмотрев минут пять на логи работы вычислителя, Владислав пришел к закономерному выводу — расшифрован весь объем полученной информации. Разведчик ругнулся про себя, задал компьютеру условие — «плоское изображение» и задумался вновь о своей судьбе. Не успел Кот прийти хоть к какому-то выводу, как комп пискнул и выдал на экран картинку. Как нарочно, это был видеоряд из разнесенного Карлосом Мюнхена. Котинский поймал новости канала Би-Би-Си на английском языке, поэтому смог кое-как разобраться в тексте.
— Да уж, на юг лучше не ходить, — сделал Владислав закономерный вывод. После чего лег поспать пару часиков — с наступлением темноты он собирался выйти на берег и пробежаться посуху.