Если бы наши тела могли говорить. Руководство по эксплуатации и обслуживанию человеческого тела

«Нам нужна возможность оставаться разными и быть равными», – говорит Шибинджер, как никогда осознавая, что разница в оплате труда и другая системная дискриминация по половому признаку – это продукт представлений о фундаментальных различиях между мужчинами и женщинами. Грань очень тонкая. «Часто равенство сводится к утверждению о том, что мы все одинаковы».

Мысль о том, что мы все начинаем наш путь как эмбрионы, не дифференцированные по половому признаку, что нет дефолтного пути развития и конечный результат определяется сложной цепочкой химических сигналов, производящих целый спектр физических характеристик, которые можно рассматривать бесконечно, безусловно, объединяет.

Почему тогда соски сексуализируются?

В Польше, где обнажение женской груди преследуется по закону, антропологи Агнешка М. Зелазневич (Agnieszka M. Zelazniewicz) и Богуслав Павловский подробно изучили природу ее привлекательности. В одном академическом журнале они пишут, что «большие женские груди должны притягивать» гетеросексуальных мужчин, потому что они могут сигнализировать о способности рожать детей{122}. Младенцы не выходят из груди, но женщины с низким коэффициентом соотношения объема талии и бедер и с большой грудью имеют более высокий уровень гормона, связанного с плодовитостью. «Большая грудь также может быть сигналом о генетическом материале лучшего качества», – пишут антропологи.

Тем не менее они пришли к выводу, что правило «чем больше, тем лучше» в отношении размера груди не работает. Мужчины предпочитают размер бюста C и D, обходя стороной меньшие размеры A и B, но также и более крупный размер E. Во время беременности и лактации грудь увеличивается, поэтому антропологи считают, что «вероятно, слишком большая грудь сигнализирует о том, что женщина в данный момент не фертильна и, следовательно, менее привлекательна, особенно для краткосрочных отношений». Мужчины могут также избегать женщин с очень большой грудью, предполагая неверность с их стороны, поскольку другие исследования показали, что женщины с большой грудью воспринимаются как более «сексуально открытые» и склонные к беспорядочным связям. Женщины с маленькой грудью воспринимаются не только как скромные и высоконравственные, но и как компетентные, амбициозные и умные. Другие исследователи обнаружили, что предпочтение мужчин в отношении женщин с большой грудью может быть еще более произвольным, вплоть до того, что на выбор размера влияет чувство голода{123}. Это часть гипотезы о дефиците ресурсов, в которой мужчины с ограниченным доступом к базовым потребностям предпочитают женщин с более крупной грудью.

Два года гулявшая топлес по Нью-Йорку Холли Ван Воаст выражается очень мудро и метко: «Слушай, все любят сиськи. Они прельщают. В младенчестве нас учат их находить. Мы запрограммированы их любить». Холли через слово использует термин «когнитивный диссонанс», рассказывая истории обо всех тех, кто не на шутку оскорбился и жестко отреагировал, увидев ее грудь в метро или во время прогулки в парке. Хуже всего была реакция женщины с ребенком, которая толкнула Ван Воаст в полицейское оцепление. «Притворяться, будто вы их ненавидите, абсурдно. Я не лесбиянка, но тоже нахожу грудь соблазнительной».

Оскорбленные мужчины в свою очередь часто проводили аналогию с собственным пенисом. Они говорили: «А что, если я буду ходить по улицам, размахивая членом?» Ван Воаст поразило, как часто она слышала эту фразу. Приравнивание пениса к женской груди – явление скорее культурное, чем анатомическое. Если приводить анатомическую аналогию, то нужно будет назвать клитор. Ван Воаст пришла к выводу, что женская грудь стала объектом сексуализации как проекция мужской психологии. Сексуализация любой части тела дает повод к осуждению и чувству стыда: это результат повсеместного подавления сексуальности. И это имеет ощутимые последствия для здоровья. Например, операция по уменьшению груди более распространена, чем операция по увеличению груди, и доказала свою эффективность в лечении и предотвращении болей в спине и шее, улучшении качества сна и выносливости при физических нагрузках{124}. Тем не менее, поскольку отношение ко всем операциям на груди негативное, такая операция часто не покрывается страховкой. Чтобы действительно решить проблему этого неравенства, Ван Воаст пришла к выводу, что женщинам не нужно маршировать топлес в сторону Вашингтона, как их призывали в рамках движения Free the Nipple, а достаточно начать ходить топлес у себя в районе, сделав это частью повседневной жизни. Активисткам движения понадобится стойкость, ведь, по словам Ван Воаст, они «окунутся с головой в море предрассудков, столкнувшись с огромным количеством насмешек и злословия». Однако Холли считает, у нее есть защитная броня от подобных вещей. «Мне легко переносить оскорбления, большинство женщин устроены по-другому. Не знаю, почему в моем случае иначе. Я будто Алан Тьюринг с сиськами».