Если сорвать маску...

Обучить личный состав отряда тоже было нелегко. Многие кубинские эмигранты совсем не имели опыта военной службы. ЦРУ опасалось, что они не сумеют быстро овладеть оружием и боевой техникой. К тому же основную массу наемников в тренировочных лагерях составляли скомпрометированные в глазах кубинского народа и латиноамериканской общественности бежавшие с Кубы батистовцы. По существу, экспансивно настроенный сброд, не спаянный ни идеей, ни едиными принципами, ни доверием друг к другу, ни сколько-нибудь строгой дисциплиной. Враждующие группировки, отличавшиеся неуемным властолюбием и вероломством, грызлись между собой за командные посты [Даже американская печать не скрывала того, что наемники ЦРУ из числа кубинских эмигрантов представляли собой сборище непримиримых группировок, состоявших из отъявленных реакционеров, в прошлом не за страх, а за совесть служивших Батисте, а теперь мечтавших вернуть свои земли и деньги]. Бендер и Хант вынуждены были постоянно совершать полеты между Вашингтоном, Нью-Йорком, Майами, выполняя роль арбитров в этих перебранках и пытаясь склонить эмигрантов хоть к какому-нибудь сотрудничеству. Дело дошло до того, что назначенный американцами военный руководитель бригады Сан Роман из-за конфликта, возникшего между Бендером и бригадой, был вынужден объявить о том, что он отказывается от командования. Это в свою очередь привело к тому, что 230 человек из 500 заявили об уходе из отряда; целиком распались второй и третий батальоны. Волнения, вызванные тем, что подготовка, по мнению личного состава бригады 2506, неоправданно затянулась, всерьез озадачили руководителей ЦРУ. На базу Трэкс в Гватемале был срочно направлен американец по имени Берни, до этого наведывавшийся туда в качестве инспектора. Берни ничего не оставалось, как выступить в поддержку Сан Романа. Но обстановка в лагере продолжала оставаться напряженной, и снова решили послать на базу самого Бендера. По прибытии он обрушился с гневной речью против «мятежников». 12 из них, кого американцы посчитали «главными зачинщиками», тут же арестовали и заключили в тюрьму. Их освободили только после разгрома в заливе Кочинос.

Признаки беспокойства обнаруживали и политические лидеры эмигрантов, становившиеся в силу этого все более трудно управляемыми. Особенно они негодовали по поводу того, что ЦРУ держало в секрете от них дату вторжения.

Учебные центры размещались вначале на уединенных фермах Флориды, арендованных или купленных по заданию ЦРУ подставными лицами. Обучение кубинских эмигрантов тайно финансировали американские монополии и их дочерние кубинские компании, экспроприированные народной властью. При этом американцы всегда старались создать впечатление, что за все платит некий кубинский миллионер, а правительство США здесь ни при чем.

По секретному соглашению правительства США с президентом Гватемалы Фуэнтесом вскоре после того, как он порвал дипломатические отношения с Кубой, Гватемала предоставляла ЦРУ территории в отдаленных горных районах под учебные полигоны. Прибывшие туда под видом геодезистов первые 32 кубинских эмигранта оборудовали тренировочный лагерь на плантации богатого гватемальца Роберта Алехоса, брата посла Гватемалы в Вашингтоне. Здесь же затем были построены взлетно-посадочные полосы, и американские пилоты в штатском стали обучать кубинских эмигрантов летному делу. Гватемала, таким образом, превратилась в плацдарм для вторжения на Кубу.

Предоставило Соединенным Штатам базу и порт для тайной организации, оснащения и тренировки вооруженных отрядов кубинских контрреволюционеров и правительство Никарагуа. В ноябре 1960 г. под предлогом «защиты» Никарагуа и Гватемалы от «возможного нападения» со стороны Кубы к ее побережью была направлена группа американских военных кораблей.

Требование, чтобы тренировка кубинских эмигрантов- контрреволюционеров велась за пределами США, исходило от руководителей госдепартамента, с которым ЦРУ согласовывало все свои действия с самого начала подготовки операции. По мнению Киркпатрика, это требование, особенно в свете последовавших затем событий, было излишним. Но госдепартамент настаивал: предстоящая операция должна выглядеть как «сугубо кубинская», от которой США всегда смогут отмежеваться.

Вербовка наемников продолжалась. В Гватемалу их доставляли на самолетах из Флориды группами по 40—50 человек и немедленно увозили в горы. Под руководством постоянно находившихся там американских инструкторов они постигали военное дело, отрабатывая технику высадки на побережье. Газеты контрреволюционных эмигрантов «Авансе» и «Боэмиа либре», издававшиеся на деньги ЦРУ в Майами и в Нью-Йорке, занимались идеологической обработкой наемников. Этим же целям служила мощная радиостанция, созданная ЦРУ на острове Суон, принадлежащем Гондурасу. Газеты и радио внушали наемникам, что вторжение выльется в «триумфальное шествие», и призывали кубинское население присоединиться к «победоносным» войскам после их высадки на острове.

Операция в заливе Кочинос