Если сорвать маску...

Попытки братьев Даллесов и других «ястребов» подтолкнуть правительство США на прямую интервенцию американских вооруженных сил на Кубу успеха не имели. Президент Кеннеди в последний момент, трезво оценив возможные последствия такого шага для Соединенных Штатов и всеобщего мира, не решился пойти на риск и пустить в ход американскую морскую пехоту. Тем не менее руководители ЦРУ и Пентагона не теряли надежды на то, что, если операция окажется под угрозой полного провала, им удастся поколебать позиции президента и склонить его к тому, чтобы разрешить морской пехоте поддержать действия контрреволюционных сил. 18 апреля, когда уже было ясно, что вторжение обречено на катастрофу, когда встал вопрос, как вести себя в новой обстановке, Даллес и Биссел настойчиво внушали президенту, вопреки здравому смыслу, что операцию еще можно спасти, введя в действие вооруженные силы США, в первую очередь авиацию с авианосца «Эссекс». Даллеса и Виссела поддержал адмирал Бэрк, попросивший согласия президента на то, чтобы высадить на Кубе десант морской пехоты, а также дать команду американским миноносцам поддержать наемников огнем своих орудий. Председатель комитета начальников штабов генерал Лемнитцер и начальник штаба ВВС генерал Уайт настаивали на том, чтобы президент санкционировал действия военных реактивных самолетов США. Требования Бэрка Кеннеди отклонил, но Даллес и представители военщины стояли на своем. В конце концов президент уступил: он дал согласие на участие американских военных самолетов во вторжении на Кубу. И только благодаря случайному стечению обстоятельств американская авиация не вступила утром 19 апреля в бой с авиацией народной Кубы. Дело в том, что организаторы операции решили использовать американские реактивные самолеты без опознавательных знаков для прикрытия самолетов В-26, пилотируемых кубинскими контрреволюционерами и летчиками ЦРУ. Последние должны были 19 апреля атаковать защитников народной Кубы, сжимавших кольцо вокруг интервентов. Военно-воздушным силам США было приказано при появлении самолетов контрреволюционеров прикрыть их от ударов авиации Кубы. Расчет строился на том, что, как только кубинские самолеты откроют огонь по бомбардировщикам В-26, американская авиация получит предлог для нападения на авиацию народной Кубы. Но механизм взаимодействия не сработал: Бэрк и Биссел в директивах для своих ведомств указали для начала операции разное время по часовым поясам, не согласовав его между собой. В результате бомбардировщики В-26 и американские военные истребители с авианосца «Эссекс» разминулись. Утром 19 апреля над Кубой было сбито еще четыре самолета кубинских контрреволюционеров [Среди погибших оказались четыре американца: Шамбургер, Грэй, Рей и Бейкер; пятый — Джо предпочел не выходить на своем самолете в район залива Кочинос и повернул обратно. Впоследствии обстоятельства гибели граждан США в военных действиях против народной Кубы долгое время скрывались американскими властями].

Президент Кеннеди созывает несколько экстренных совещаний с руководителями ЦРУ, Пентагона и госдепартамента. Одни из них снова потребовали высадить на Кубе морскую пехоту, другие — предлагали призвать на помощь войска государств — членов Организации американских государств, третьи — стояли за то, чтобы немедленно начать готовить для повторной высадки еще более мощный десант наемников. Кеннеди, учитывая политическую обстановку в самих США и настроения мировой общественности, вынужден был отвергнуть все эти предложения и заявить, что «США не намерены совершать военную интервенцию на Кубу». Позиция президента Кеннеди, занятая им в последний момент, послужила причиной для обвинения его представителями крайне правых кругов во главе с сенатором Голдуотером в том, что, не решившись бросить против Кубы американские войска, он тем самым якобы обрек операцию на провал.

На горизонте замаячило расследование в конгрессе. Очевидно, чтобы предвосхитить события, Кеннеди поручил генералу Максуэллу Тэйлору создать специальную правительственную комиссию с участием самого президента, министра юстиции Роберта Кеннеди, адмирала Арлея Бэрка и Аллена Даллеса для расследования деятельности разведки, поскольку роль ЦРУ в нападении на Кубу выдвинула и ряд весьма острых политических и международных проблем, которые нельзя было обойти молчанием. Но это недовольство было вызвано не общим направлением деятельности разведки, а ее провалами и неудачами. В то же время президент дает указание полностью засекретить все материалы, отражающие подготовку к агрессии [ЦРУ в свою очередь постаралось уничтожить следы участия США во вторжении. Через две недели после разгрома в заливе Кочинос секретные документы, находившиеся на базе Бейз-Трэкс, где размещалась «армия освобождения», были зарыты в джунглях. Были снесены все лагерные постройки и даже цементные фундаменты бараков].