Эстонцы в Пермском крае: очерки истории и этнографии

Многие эстонцы, бывшие бойцы стройколонн, вспоминали время расформирования: «В 1939 г. в ноябре месяце я был призван в бывшую эстонскую армию. Из эстонской армии, т. е. от военной службы, я освободился в апреле 1940 г. После военной службы я снова поступил на строительные работы в качестве десятника. Продолжал работать на разных стройках до дня мобилизации. 27 июля 1941 г. я был мобилизован и направлен совместно с другими эстонцами в Молотовскую область, где был определен в стройколонну № 792. После расформирования стройколонны № 792 в апреле месяце 1942 г. я остался работать на строительстве треста «Укрнефтестрой» в Закамске. После расформирования колонны я остался жить в том же бараке, где до расформирования находилась 1-я рота. В этом помещении жили все эстонцы, а подразделение стали называть 1-м отрядом. Начальником отряда был эстонец Соовик»⁸³.

«В 1936 г. начал работать матросом на торговом корабле «Тина», с которым совершал рейсы по Балтийскому морю. 27 июля 1941 г. был мобилизован в Красную Армию и направлен в Молотовскую область, в стройколонну № 792, где служил бойцом-рабочим до расформирования стройбата в 1942 г.»⁸⁴. Имеющих специальное образование могли перевести в особые строительные части: «…имея техническое образование, командованием стройбатальона использовался на инженерном деле по строительству насосной станции в Закамске. С 15 сентября по 27 января 1942 г. работал старшим бригадиром 2-го взвода 3-й роты и руководил как техник строительными работами при постройке насосной. В мае 1942 г. был переведен в особую монтажную часть № 104, где и работал на проводке труб до декабря 1942 г.»⁸⁵

Изменение статуса эстонцев – из военнослужащих многие стали обычными рабочими и служащими – не уменьшило внимания к ним со стороны НКГБ. Так, Антон Рудольф Янович вспоминал о своей военной судьбе: «До 1940 г. работал радиотехником на таллинском заводе «РЭТ», после «восстановления советской власти остался работать на этом же заводе, который был переименован в «Радиопионер». В 1941 г. был эвакуирован в г. Ленинград, после – в Астрахань. В июле 1942 г. был мобилизован в эстонскую военную часть. В 1943 г. работал диспетчером Камской судоверфи». 29 декабря 1943 г. Рудольф Янович был арестован НКГБ и осужден к 5 годам лишения свободы.

В его дневнике имеется и такой текст (в изложении военного переводчика): «Поздней ночью на чужой стороне ходит печально странник. Печальна песнь о Родине, которую он поет. Слезы льются из глаз, песнь жалобно звучит сквозь тишину ночи. Почему ты так печален? И так поздно в дороге? Дома (на родине) ждет тебя жена, жаждет еще сегодня ночью твоих поцелуев… Нет у меня Родины, дом мой – это дорога, странствуя по дорогам, я нахожу успокоение. Поздней ночью на чужой стороне ходит печальный странник. Печальна его песнь о Родине, его дорога далека и найдет ли он когда-нибудь любовь в сердце? Усть-Нытва. 26.07»⁸⁶. Вполне вероятно, что это было стихотворение, не совсем умело переведенное и оставшееся в деле только в виде подстрочника.

В результате мобилизации на фронт из Молотовской области ушли тысячи рабочих и служащих, их заменили дети, женщины, пенсионеры, инвалиды и мобилизованные в строительные батальоны и колонны. Военно-хозяйственным планом, утвержденным СНК СССР и ЦК ВКП(б) 16 августа 1941 г., на IV квартал 1941 г. и на 1942 г. в районах Поволжья, Урала, Западной Сибири, Казахстана и Средней Азии предусматривалось резкое увеличение выпуска вооружения, военной техники, боеприпасов и снаряжения, добычи топлива, производства электроэнергии, черных и цветных металлов, станков, котлов, турбин, металлургического, горного и другого оборудования⁸⁷. На территории Молотовской области строились новые и расширялись старые производства – березниковские калийный и магниевый, соликамские магниевый, целлюлозно-бумажный, сульфитспиртовый⁸⁸, Пермский пушечный № 172, пороховой № 98, авиамоторный № 19, карбюраторный № 33-бис и многие другие. На территорию области были эвакуированы 124 предприятия. Большинство эвакуированных предприятий прибывали с значительным недостатком рабочих рук. Кроме того, рабочие требовались для разгрузки и установки оборудования, строительства новых цехов и заводов.

За годы войны Мотовилихинским заводом было выпущено 48, 6 тысячи пушек, т. е. каждая четвертая из произведенных в стране. Пороховой завод в Закамске в годы войны стал основным поставщиком порохов⁸⁹, в том числе здесь освоили специальное производство термических снарядов для реактивных установок «Катюша». Рабочие стройбатальонов и строительных колонн внесли свою лепту в увеличение военного производства, так нужного стране в то время. Политдонесение о работе стройбатальонов отметило, что «…многие бойцы пишут заявления о добровольном уходе на фронт. Уже отправлено 285 наиболее здоровых человек. В январе 1942 г. общая выработка составила 130,7 %»⁹⁰. То есть работали «стройбатовцы» хорошо.

После войны большинство эстонцев вернулись к месту своего постоянного жительства – в Эстонскую ССР.