Этническая катастрофа. Россия без русских?

На данный момент ваххабиты успешно работают с населением (особенно молодежью), грамотно используя просчеты государственных структур и нейтрализуя контрпропаганду традиционных мусульман, в том числе и посредством физического устранения их лидеров. Одна из главных задач ваххабитов на текущем этапе состоит в том, чтобы добиться их признания как авторитетного и договороспособного направления ислама, равнозначного институтам традиционных мусульман. Затем они намереваются получить позиции во властных структурах – от регионального (что уже происходит в Дагестане) до федерального уровня и начать корректировку российского законодательства в свою пользу.

Наиболее ваххабизированным регионом России на данный момент является Дагестан, в особой группе риска находятся Кабардино-Балкария и Ингушетия. Повышенная активность ваххабитов наблюдается в Ставропольском крае и Северной Осетии. Достаточно крупная ваххабитская община Карачаево-Черкесии с середины 2000-х годов снизила активность.

В Приволжском ФО наиболее ваххабизированы Татарстан, Башкортостан, Мордовия, Саратовская, Оренбургская, Пензенская и Нижегородская области. Крупные ваххабитские общины зафиксированы также в Республике Удмуртия, Ульяновской и Самарской областях. В наименьшей степени затронуты этим течением Республики Чувашия и Марий Эл, Пермский край и Кировская область.

В Южном ФО основным центром ваххабизма являются Астрахань и Ростов-на-Дону, активны ваххабиты и в Республике Адыгея. В Центральном ФО подавляющее большинство ваххабитов сконцентрировано в Москве и Московской области. В Северо-Западном ФО они тяготеют к Санкт-Петербургу и Карелии. В Уральском ФО ваххабиты особенно активны в Тюменской и Свердловской областях, Ямало-Ненецком АО. В Сибири их центрами стали Горный Алтай и Омская область, а на Дальнем Востоке – Приморский край и Якутия».

В то же время, отмечают авторы доклада, с начала 90-х годов в России стало создаваться «панисламистское лобби, первоначально сформированное из мусульманских духовных лидеров, завербованных зарубежными проповедниками»: «Панисламистски настроенные имамы и муфтии приняли активное участие в расколе структур традиционных мусульман и создали значительное количество параллельных централизованных организаций. Как правило, не принадлежа к «классическому» ваххабизму, эти лидеры оказывают ему прямую и косвенную поддержку в ряду иных направлений исламского радикализма».

«Духовным лидером панисламистского лобби в России, – говорится в докладе, – стал председатель Совета муфтиев России муфтий Равиль Гайнутдин, неоднократно высказывавший поддержку ваххабитской идеологии. К другим известным панисламистским «властителям дум» можно отнести муфтиев Нафигуллу Аширова, Мукаддаса Бибарсова, философа-оккультиста Гейдара Джемаля и некоторых других общественных и религиозных деятелей.

Ваххабитские интересы зачастую отстаивают «Новая газета» и газета «Черновик», сайты «Ансар», «Голос Ислама», «Ислам в Российской Федерации» и несколько десятков других Интернет-ресурсов».

В докладе говорится, что сейчас происходит «ваххабизация» криминального сообщества, исламисты стремятся взять под свой контроль уголовное сообщество: «Если раньше рэкет торговцев на базарах осуществлялся по принципу «платишь дань получаешь «крышу», то сегодня криминал пытается окрасить рэкет в религиозные тона (закят – «благотворительный взнос» в пользу джамаата для мусульман или джизья – налог для «неверных»). Происходит распространение радикал-исламизма среди заключенных. Оказавшись на «зоне», салафиты начинают вести «дагват» (пропаганду) среди других заключенных и сколачивают джамааты. Многим заключенным импонирует идеология ваххабитов, поскольку предыдущие «грехи» (преступления), совершенные до активного принятия ислама, в этом случае списываются, а совершение их в дальнейшем оправдывается, ибо новые преступления трактуются как часть «джихада». Нежелание исламистов жить по «ментовским» законам (т. е. по законам российского государства) также поднимает их в глазах уголовников, живущих по «понятиям». Если эта тенденция получит развитие и религиозные экстремисты распространят свое влияние в том числе и на «элиту» уголовного мира, то в перспективе именно салафиты смогут задавать тон всему преступному сообществу».

Затем авторы доклады отмечают опасную тенденцию распространению «джихада» на Поволжье, и конкретно на Татарстан и Башкортостан: «Эта тенденция окончательно оформилась в последние два года, совпав с качественными изменениями в татарстанском мусульманском сообществе. Угроза перехода татарстанских и башкортостанских салафитов от слов к делу представляется достаточно серьезной. Именно теперь абстрактные обещания стали конкретизироваться в пространных материалах салафитских пропагандистов, делающих ставку на татар и башкир. В перспективе возможно перерождение национал-сепаратистов в «моджахедов», тем более что у татарской националистической молодежи существуют многочисленные точки соприкосновения с молодежью радикально-исламистской.