Это был не сон

– Вы правы, это действительно бисквит. Такого размера бисквитные статуи практически не встречаются. Бисквит – это белый неглазурованный фарфор, статуэтки из которого, имитирующие античный мрамор, в основном выпускали в Англии с присущим этой стране строгим и сдержанным вкусом, в противовес ярким расписным статуэткам из глазурованного фарфора, изготовляемых на заводах Германии.

Вспоминая беседы с Марией Михайловной, Кирилл сказал:

– Фарфоровые изделия такого размера – это огромная редкость. Такую статую обжечь в обычной муфельной печи практически невозможно!

– Насколько я знаю, – с любовной гордостью собственника ответил Густав Адольфович, – для изготовления этой статуи была сделана специальная печь, которая после обжига разрушалась. Так сказать, одноразовая.

Эрудиция Кирилла произвела впечатление на хозяина квартиры, он разговаривал с молодым человеком с уважением и симпатией. Кирилл обмерил дверные и оконные проемы, выяснил у коллекционера все его пожелания и требования к сигнализации и собрался домой за инструментами, проводами и деталями.

– Как вы считаете, двери у нас достаточно надежны?

– Двери у вас вполне приличные. Вот замки, мне кажется, немного устарели… Стоило бы поставить настоящий «Цербер», а не польскую подделку…

– А что, те, что сейчас, не очень надежны?

– Да опытный взломщик их гвоздем вскроет, честно говоря.

Заметив, что Густав Адольфович переменился в лице, Кирилл улыбнулся:

– Это я, конечно, немного преувеличиваю, но поменять замки нужно.

– Делайте все как полагается, я оплачу.

Валентина лежала без сна и думала. Ей было очень страшно. Все, что с ней случилось, уже нельзя назвать неприятностями, это полная катастрофа. И выхода нет, во всяком случае, она, Валентина, не может его найти. Она вспомнила, как все началось несколько месяцев назад, как она влезла в эту авантюру. Это тогда она думала, что то, что она делает, – просто авантюра. Она, Валентина, если и рискует, то немногим – денег она никаких не вложила, а сил и энергии ей не занимать. А оказалось, что это кошмарная история с трупами, и теперь жизнь самой Валентины висит на волоске.

Валентине было скучно. Она была очень энергичной женщиной, и, как только перед ней вставала какая-то проблема, она тут же ее решала. Все дело в том, что нерешенных проблем становилось все меньше и меньше. Квартиру она полностью переделала по своему вкусу, не считая комнату свекрови, тут она отступила, машину она уже меняла два раза, тряпки и свой внешний вид не в счет, эти проблемы быстрорешаемы, были бы деньги. Денег Валентина зарабатывала достаточно для того, чтобы выглядеть хорошо, позволить себе дорогой и приличный отдых. Но что дальше? После нескольких совместных поездок она зареклась отдыхать вместе с мужем. Не то, чтобы он не любил ездить в приличные места, а предпочитал рыбалку и грибы на Карельском перешейке, нет, за границей бывать он любил, но в Испании, например, он, вместо того чтобы, как все люди, нежиться на пляже, а вечером проводить время в ресторане, взял напрокат машину и весь отпуск промотался по всей стране, смотря дворцы и церкви. Когда же Валентина взбунтовалась после двух таких дней, говоря, что машина ей и дома надоела, он просто бросил ее и стал уезжать один. В Италии и Франции было еще хуже, потому что там он бродил по Парижу, Риму и Флоренции пешком, говорил, что ему жалко тратить время на рестораны и магазины, он хочет все посмотреть. После нескольких поездок Валентина вообще зареклась с ним ездить, стала отдыхать одна. Можно взять с собой любовника или подругу, но зачем тогда муж? Они все меньше и меньше общались, вечерами он сидел у матери или со своими книгами и альбомами.

Валентина иногда смотрела на него и думала, зачем они вообще поженились, раз такие разные люди, и знала, что он тоже задает себе тот же вопрос, и гораздо чаще. Что делать? Разводиться? А что это изменит? Уйдет скука? Вряд ли.

Так продолжалось, пока несколько месяцев назад она не встретила Вадима. Они познакомились случайно, у знакомых, Валентина от скуки переспала с ним, потом ей показалось, что что-то в нем есть, какая-то тайна. Она продолжала с ним встречаться, сделала так, что он увлекся, и понемногу вытянула из него все, уж это она умела. Но по правде сказать, это было нетрудно, уж очень был хвастлив.

Он был химик-фармаколог и сказал ей, что изобрел такую вещь, такое лекарство… она поначалу не поверила, но потом залезла к нему в компьютер, прочитала все материалы, поняла, что не сам он это придумал, а где-то раздобыл, в общем, все это оказалось достаточно серьезно. Он сказал, что до этого работал в одной государственной конторе и опытный материал набрал там, а теперь ему надо провести испытания, и все будет закончено. Он ушел с работы, оборудовал лабораторию у себя на даче в Учительском поселке и приступил к решающему этапу.

– Что ты думаешь потом делать с этим лекарством? – осторожно спросила Валентина.

– Продать кому-нибудь технологию изготовления за большие деньги.

– Это правильно.