Евангелие от LUCA. В поисках родословной животного мира

Взять хотя бы так называемые обратные мутации, благодаря которым единожды мутировавший ген может вернуться к своему первобытному состоянию. Если предположить, что подобные мутации в эволюции животных происходили неоднократно и совершенно случайным образом, то перед нами один из очевидных факторов, «путающих все карты» молекулярным филогенетикам. А если вспомнить еще про горизонтальный перенос генов (о нем я расскажу в главе 9), удвоение или потерю целых участков хромосом, конвергенцию, которой молекулярные признаки подвержены точно так же, как и морфологические, мы получим целую серию убедительных причин, по которым ранние следы эволюции многоклеточных оказались «затерты» в геномах современных нам животных. И, кто знает, может статься, что окончательное разрешение дилеммы «губки или гребневики» вообще невозможно[141]. В этом месте палеонтологи и анатомы могут почувствовать нечто вроде облегчения и даже попытаться немного сбить спесь с адептов молекулярных методов, указав им, что ни один подход, взятый сам по себе, не дает нам полной и окончательной истины. «Разрешающая способность» молекулярной филогенетики тоже не беспредельна.

Зато в вопросе о происхождении билатеральных животных определенности, кажется, побольше. Здесь очень много информации дает палеонтология, и почти каждый год делаются новые важные находки. Вот буквально в марте 2020 г. объявлено о том, что обнаружены самые древние на сегодняшний день остатки вымершего билатерия. В заголовках новостей опять мелькает Эдиакара — икария (так назвали вновь найденное животное)[142] была найдена в отложениях именно этой палеонтологической сокровищницы.

В этом нет ничего удивительного. И молекулярные часы, и палеонтологические данные (находки окаменевших эмбрионов и следов жизнедеятельности очень древних животных) подсказывали, что самые первые билатерии должны были возникнуть задолго до начала кембрия и вести свое скромное существование на фоне эдиакарской фауны, владевшей тогда Мировым океаном. Почему скромное? А какое еще существование мог вести организм величиной около 5 мм? Именно таков размер тела икарии, жившей, как предполагают, между 560 и 550 млн лет назад. Она старше возрастом, чем кимберелла и все другие ранее описанные из докембрийских отложений билатерии. И, что еще важнее, устроена более примитивно. Во всяком случае, так считают ее первооткрыватели, хотя будущие исследования, возможно, внесут коррективы в эту точку зрения[143].

Палеонтологи собрали остатки более сотни икарий. По-видимому, в свое время эти животные были весьма обычны, но из-за своих мелких размеров до сих пор ускользали от внимания ученых. Форма тела икарии похожа на вытянутый овал. По внешнему облику она несколько напоминает современных бескишечных турбеллярий, хотя предполагается, что анус у нее уже был. Икария, скорее всего, была роющим животным, делающим ходы в донном иле. И, вероятно, именно она оставила некоторые окаменевшие следы, давно уже описанные палеонтологами[144].

Авторы, открывшие икарию, особенно подчеркивают, что тело этого создания уже было разделено на переднюю и заднюю (или, если угодно, головную и хвостовую) части. Это важно потому, что во многих традиционных версиях происхождения билатеральных животных такому разделению приписывается очень большая роль. Тело медузы с ее туловищем-зонтиком и симметрично идущими от центра щупальцами не имеет передней и задней частей. Можно сказать, что для медузы все направления одинаковы, как и для ее сидячей родственницы актинии, почти округлой в поперечном разрезе и вооруженной радиальным венчиком щупалец. Билатеральное животное, особенно активно движущееся, «видит мир» совсем по-иному. Окружающая среда разделена для него на левую и правую, переднюю и заднюю стороны, движение становится направленным (головной конец впереди). Как выражаются некоторые морфологи, сама среда «симметризует» тело животного, ее симметрия как бы отражается в строении живого организма. Существование радиально-симметричной актинии полностью зависит от силы тяжести, под действием которой ко дну опускаются разные съедобные объекты, которыми она промышляет. Придонный слой воды очень турбулентный, и поэтому пищевые частицы могут перемещаться в любом направлении (это почти броуновское движение), но благодаря гравитации рано или поздно все они осядут на дне или на щупальцах актинии. Актиния располагает свои щупальца радиально вокруг ротового отверстия, чтобы задерживать максимум пищи. Это похоже на листорасположение у многих растений — листья как бы взбегают по стеблю по спирали, чтобы уловить как можно больше солнечного света, но при этом не затенять друг друга.