Евангелие от LUCA. В поисках родословной животного мира

Бескишечные турбеллярии — во всех отношениях замечательные животные. Они очень просто устроены и совсем крохотные. Сантиметровый размер считается у них исполинским, в основном они гораздо мельче. Хотя у них есть рот, полноценная пищеварительная система с кишечной полостью отсутствует. Пищеварение, как и у губок, происходит на клеточном уровне с помощью фагоцитных клеток. Некоторые виды содержат внутри своего тела зеленые водоросли и питаются веществами, которые те производят (очередной симбиотический «брак по расчету» на страницах этой книги). Выделительной системы и анального отверстия у них, разумеется, нет. Подобно другим примитивным метазоям, они сохранили способность размножаться почкованием. Но в то же время это несомненно билатеральные и трехслойные животные. У них есть мускулатура, нервная система, довольно сложный набор половых органов. Бескишечные турбеллярии явно совмещают в себе примитивные и продвинутые признаки. Возможно, что по своему анатомическому строению они близки к общему предку всех билатерий. Многие современные филогенетики, основываясь на данных молекулярного анализа, помещают эту группу в корень генеалогического древа билатеральных животных. Некоторые из них считают даже, что бескишечные турбеллярии настолько древние, что возникли еще до разделения всех билатерий на первично- и вторичноротых. Возможно, их и в состав билатерий включать не следует.

Поэт Николай Заболоцкий когда-то сочинил шутливое двустишие:

Как хорошо, что дырочку для клизмыИмеют все живые организмы!

Как видно, он не очень хорошо знал зоологию беспозвоночных, что, впрочем, поэтам простительно. Но есть билатерии, и не из самых примитивных, для которых характерно отсутствие не только дырочки для клизмы, но и собственно рта. Рот, который кажется нам таким необходимым отверстием тела, может исчезать в тех случаях, когда без него можно обойтись. Изредка бывает и такое. Именно это произошло с погонофорами — небольшой группой кольчатых червей, живущих на больших океанских глубинах. У них целиком исчез пищеварительный канал, от ротового до анального отверстия включительно. Правда, это касается только взрослых особей; у личинки есть и рот, и кишечник. Подобные преобразования оказались возможны потому, что взрослые погонофоры полностью находятся на иждивении симбиотических бактерий, живущих в их теле. Микробы снабжают своих хозяев необходимыми питательными веществами, а источником пищи для них обычно служат метан или сероводород. (Один из видов этих червей ведет совершенно «готический» образ жизни, поселяясь на затонувших скелетах китов. Его симбиотические бактерии используют липиды, содержащиеся в китовых костях.)

Когда зоологи в общих чертах разобрались с особенностями зародышевого развития многоклеточных животных, присущими им формами симметрии и на основе этого разделили известные типы на несколько больших групп, им, конечно же, захотелось выяснить, кто из ныне живущих метазоев древнее всех. Кто первым отделился от общего филогенетического ствола и пошел, так сказать, своей дорогой. До внедрения в практику анализа последовательностей ДНК филогенетики были обречены на бесконечные споры и субъективные «взвешивания» тех или иных признаков. Казалось бы, молекулярная филогенетика, основанная на принципиально иных технологиях, должна раз и навсегда разрешить эти споры, расставив все типы животных «по старшинству». Но пока, к сожалению, эти надежды не оправдались. На сегодняшний день нет четкого ответа на вопрос «Кто на свете всех древнее?». Может быть, лет через десять ситуация изменится.

Впрочем, одним из довольно однозначных результатов, полученных «молекулярщиками», было развенчание примитивности трихоплакса — того самого амебоподобного создания, так похожего на мечниковскую фагоцителлу.

Вопреки мнению зоологов, считавших, что именно трихоплакс находится у основания родословного древа многоклеточных, молекулярные данные показывают, что эту гипотезу надо отбросить. Трихоплакс прост, крайне прост, но с генетической точки зрения никак не может находиться в корне генеалогии (на профессиональном языке филогенетиков это звучит так: трихоплакса нельзя считать базальной группой многоклеточных). Видимо, как и предполагали некоторые специалисты, простота строения этого организма вторична, он происходит от более сложно устроенных предков и его сходство с фагоцителлой лишь поверхностное[137].