Евнухи в Византии

Одно из наиболее ярких описаний положения и власти евнухов при позднем римском дворе – рассказ историка Аммиана Марцеллина о правлении Констанция II (337–361)[328]. Хотя Аммиан писал свою историю в конце IV века, в царствование Констанция он активно участвовал в военных и политических делах, будучи офицером при военачальнике Урсицине. Много внимания он уделяет Евсевию, главному спальничему императора[329]. Ведущая роль евнуха в управлении империей и его влияние на Констанция и его коллег-чиновников ярко подчеркнуты. Евсевий был ключевой фигурой, он предупреждал императора об опасностях, которые исходили от таких влиятельных лиц, как военачальник Урсицин и цезарь Галл, и принимал меры против них[330]. Значение Евсевия при дворе было таково, что другие чиновники искали его благосклонности и старались угодить ему[331]. Ведущая роль этого евнуха в царствование Констанция подтверждается тем фактом, что после смерти Констанция Евсевий участвовал в спорах о том, кто должен быть следующим императором. При следующем императоре, Юлиане (361–363), который инициировал судебные процессы над ведущими должностными лицами предыдущего царствования[332], Евсевий был казнен. Описывая судьбу главного спальничего, Аммиан размышляет о той степени власти, которой он достиг при Констанции, и утверждает, что власть его была почти равна власти императора[333]. Широкое присутствие евнухов при дворе Констанция и их влияние также упоминаются этим историком, который однозначно идентифицирует их как евнухов или спальничих. Он пишет, что они смогли спасти спальничего Горгония от наказания, добиться прекращения дела против магистра конницы Арбитиона и настроить Констанция против Урсицина[334].

Хотя Аммиан сосредоточен, прежде всего, на описании той власти, которой евнухи обладали при Констанции, ибо это часть сознательного очернения им этого императора и параллельного восхваления Урсицина и Юлиана[335], он тем не менее указывает, что евнухи были общей чертой позднего римского двора. Как цезари, Галл и Юлиан имели своих собственных главных спальничих, Горгония и Евферия соответственно, причем последний появился в императорском дворце при Константине Великом (306–337) и уже служил Константу (337–350)[336]. Спальничие имелись, согласно источникам, и у Валентиниана I (364–375), евнухи прямо упоминаются как часть двора его брата Валента (364–378)[337]. Множество других авторов IV века лишь усиливают наше представление о том, что евнухи были неотъемлемым элементом позднего римского двора и что они составляли могущественную силу. В своем рассказе об ужасных судьбах тех императоров, которые преследовали христиан, и об изменении религиозной обстановки при Константине и Лицинии в 310-х годах Лактанций кратко, но драматично описывает придворных евнухов[338]. Упоминая меры, принятые Диоклетианом (284–305) в своем собственном доме, Лактанций сообщает, что они включали в себя казнь евнухов, хотя те «некогда пользовались большой властью» и «Диоклетиан и весь дворец зависели» от них. Столь же краткий, но важный комментарий дает антиохийский софист Либаний, рассказывая о судебной реформе Юлиана после его вступления на престол в 361 году. Император избавил дворец от тех, кого считал ненужной челядью, включая евнухов, которые «по численности своей превосходили мух вокруг стад весной»[339].