Эволюция эстетических взглядов Варлама Шаламова и русский литературный процесс 1950 – 1970-х годов

С войны муж вернулся калекой, теперь пьет, бьет Галю. Доход с проезжих – дополнительный заработок посудомойки Гали. На следующее утро Борис уезжает. Хозяйка просит заезжать на обратном пути – если не ему, так Феде приехать. Бывалый Федя отлично провел ночь («Цирк!») и хмурость Бориса объясняет излишней совестливостью своего пассажира.

Автору удалось показать живых людей: и «опытного» шофера Федю (очень хорош), и молодого застенчивого инженера Бориса, и хорошую женщину Галю с ее трудной, несчастной судьбой. В конфликте «Шуры-муры» есть правда жизни. Рассказ вызывает и сочувствие к Гале и ее мужу, и симпатию к Борису. Характер Феди изображен исчерпывающе убедительно. Рассказ вызывает ненависть к немцам и к войне.

Написаны «Шуры-муры» экономно, хорошим языком. В нем есть запоминающиеся подробности: фотоаппарат Феди, сизый шрам на подбородке Гали, ночная слякоть и грязь, «самогон рубль стакан» и кое-что другое. Психологические наблюдения правдивы и тонки. Диалоги лаконичны, живы.

Рассказ годится для печати. Тональность рассказа чуть подражательна, но это подражание лучшим образцам русской прозы (Чехов, Бунин).

«Белый город»[112] много хуже. Это рассказ книжный, с банальным замыслом и сюжетом, с шаблонными героями. Вот его содержание. В Сибирь в таежную глушь приезжает в командировку столичный инженер Лев Иванович, чтобы выбрать место для «белого города». В гостинице, где инженер останавливается, – пьянство, загул тех самых «работяг», которые должны положить начало «белому городу». Инженер выясняет, что пьяницы – хорошие люди, дает им деньги в долг, выпивает с ними «за компанию». Удивленные поведением москвича пьяницы начинают яростно работать, наказывают провинившегося товарища. Все здесь шаблонно – от бригадира (постарше, прошел огонь, воду и медные трубы) до паренька из интеллигентов, приехавшего «смотреть жизнь», которого его товарищи оберегают от особенно грубых проявлений этой самой жизни. Размышления Льва Ивановича о белом городе банальны. Весь рассказ производит впечатление неудачи, просчета.

На том же уровне рассказ «Скала Нгувер-Эль». Это – книжный, испытывающий различные литературные влияния рассказ, надуманный, холодный. Южная скала, участвующая в кульминации сюжета, взята напрокат из рассказа Грина «Четырнадцать футов»[113].

Характеры в рассказе этом не новы, рассказ этот не отличается психологической тонкостью и глубиной. Автор хотел проиллюстрировать мысль, что малодушие приводит к разрыву, что надежна только настоящая семья – но все это сделано недостаточно тонко.

«Чудак» – рассказ о любителе странствий, «легком человеке»[114], который считает чудаками тех, кто работает весь свой век на одном месте, но истинный чудак – он сам. «Чудак» по замыслу напоминает рассказ Юрия Казакова «Легкая жизнь»[115], опубликованный в прошлом году в «Правде», только наш автор меньше осуждает своего «чудака», чем Казаков.

Недостаток рассказа «Чудак» в том, что не очень внятно изложена жизненная философия героя, хотя автор счел необходимым изложить эту философию самым «лобовым» способом: («Чепуха, Тимофей Федорович. Вы сами себя арестовали на всю жизнь и вам приходится разменивать ее на тысячу посторонних. А ведь жизнь у человека одна»). Герой с такими мнениями, естественно, осуждается автором, но осуждение недостаточно четко выражено. Не очень достоверен и способ путешествия героя – на остров Диксон (ни много, ни мало!) «своим ходом», без вербовки[116].

Но все же в «Чудаке» есть попытка очертить какой-то характер, что-то объяснить по-своему. Удачна, психологически достоверна концовка – последнее решение, ехать на Диксон или нет, принимается героем в зависимости от результата броска камнем в цель. Алексей попадает в цель и уезжает на Диксон.

Несколько общих замечаний. Автор – человек, имеющий литературные способности, знающий, как пользоваться художественными подробностями и другими изобразительными средствами. Автор должен повести решительную борьбу с книжностью, с надуманностью, обращаясь к живой жизни.

Рассказ «Шуры-муры» годится для печати. Рассказы «Белый город», «Чудак», «Скала Нгувер-Эль» не представляют интереса для «Нового мира».

В. Шаламов Москва, А284. Хорошевское шоссе, 10 кв. 2.

Г. Николаев[117]«Последняя неделя 1962 г.», Рассказ. 1964 г

РГАЛИ. Ф. 1702. Оп. 10. Ед. хр. 157. Л. 77.